– Ты с Арданом связывался?
– Так точно!
– Как поживает вождь славного племени хату?
– Нормально. Он рад был услышать, что скоро встретимся.
– Тогда о какой конкретике спрашиваешь? Ведь очевидно, что твоя группа отправится на плато Барми.
– Когда?
– Об этом сообщу дополнительно. Но на полигоне вы не задержитесь. Пока пусть поработают СВР и «Иртыш». Вы полетите позже, чтобы окончательно снять проблему.
– Я все понял. Значит, мне проводить плановые занятия?
– Это уже на твое усмотрение. Ты командир, вот и решай.
– Понял.
– У меня все. Как я понимаю, вопросов больше у тебя нет?
– И меньше тоже.
– Тогда до связи.
– До связи. – Скоробогатов передал трубку Лургину и приказал: – Находись здесь!
– Неудобно получается, товарищ майор. Парни будут потеть на занятиях, а я – сидеть у аппаратуры.
– Нашел о чем беспокоиться. Я найду время, прогоню тебя по полосе препятствий, дам пострелять по мишеням.
Связист вздохнул.
– Ясно!
– Никогда, Сеня, не проявляй инициативы. Она ведь наказуема.
Ночь с субботы на воскресенье Хабитулла провел с одной из жен. Особого удовольствия он не получил, поэтому с утра был раздражителен.
Главарь банды вышел во внутренний двор, взглянул на часы. Девять ноль-ноль. Пора бы и помощнику появиться.
Тут прибыл командир кандагарского отряда Редай Гурбар и доложил:
– Господин Хабитулла, за прошедшую ночь происшествий не случилось.
– Это я вижу. Если бы случилось, то мимо меня не прошло бы. Ты выставил людей для контроля подходов к усадьбе?
– Да, двух человек.
– Считаешь, что этого достаточно?
– По-моему, вполне.
– Хорошо. Что доложили твои наблюдатели?
– Ничего такого, что могло бы встревожить. Никто к усадьбе не приближался. Мимо проходили машины. Но так было всегда, дорога рядом. В общем все спокойно.
– Значит, русские или их агенты провели твоих наблюдателей. Или же наш противник еще не приступил к работе.
– Обидные слова говорите, господин Хабитулла, – заявил Гурбар. – У меня опытные воины.
– Хочешь сказать, что они подготовлены так же хорошо, как агенты российской внешней разведки?
– Нет, конечно, но тоже далеко не малые дети.
– А почему ты пререкаешься со мной?
– Я не пререкаюсь, господин Хабитулла. Вы спрашиваете, я отвечаю.
– Дерзко отвечаешь.
Гурбар заметил, что у хозяина плохое настроение, и проговорил:
– Извините, если где-то и что-то сказал не так.
– Ладно. Пусть твои люди продолжают наблюдать и не расслабляются. Но где мой помощник, шайтан бы его побрал?
Тут же от калитки главных ворот донесся голос Касари:
– Я здесь, господин. – Он подскочил, запыхался, старался отдышаться.
Хабитулла посмотрел на него и осведомился:
– Ты что, бегом бежал?
– Да, господин!
– Но у тебя же есть машина.
– Уже, к сожалению, нет.
– Что случилось?
– Да на дорогу вылетел мальчишка, я машинально повернул руль и врезался в столб. Капот всмятку, двигатель на земле. В общем, была «Тойота», и нет ее.
– Я дам тебе «Ниссан». Машина подержанная, но вполне надежная и шустрая. Однако ты заплатишь мне.
– Я и сам могу купить поддержанный автомобиль, – капризно произнес Касари, рассчитывавший на бескорыстную поддержку главаря банды.
– Да дело не в машине, Хукам. Платить ты будешь за глупость.
– Но в чем она состоит, хозяин?
– Ты разбил машину из-за какого-то оборванца. Он сам выбежал на проезжую часть. Родители виноваты в том, что выпустили его одного на улицу. Если этот мальчишка сирота, то должен быть у нас, а не шататься по подворотням и воровать мелочевку.
– Вы хотите сказать, что я должен был сбить мальчишку?
– Я хочу сказать, что ты должен был сохранить машину. Это было бы правильно. Кого ты пожалел, Хукам? Оборванца. О себе не подумал. Ведь мог бы и разбиться. Я остался бы без помощника, который сейчас мне очень нужен. О заморыше каком-то побеспокоился.
– Виноват, господин Хабитулла.
– Конечно! Еще как виноват. За это и будешь платить! А сейчас идем в кабинет. Я из-за тебя целый час потерял.
Касари опустил голову и направился за главарем.
В кабинете Хабитулла сел в кресло, взглянул на помощника и спросил:
– Прибор изменения голоса достал?
– Да, господин, он со мной.
– Телефон Дувани?
– Тоже.
– Деньги на счету есть? Проверял?..
– Да, все проверил.
– Текст дезинформации?..
– Минуту. – Помощник достал из кейса файл, вытащил лист стандартной бумаги, протянул его главарю. – Вот, господин.
Хабитулла прочитал, поморщился и заявил:
– Слишком много текста.
– Я хотел как можно подробнее.
– А надо, чтобы выглядело естественно. В НДБ не идиоты сидят. Дежурный офицер должен поверить тебе.
Касари не стал злить зверя, который и так не отличался особой добротой.
– Позвольте мне доработать текст, – проговорил он.
– Теперь уже это сделаю я. Никому ничего доверить нельзя! Тебе судьба Дувани впрок не пошла, как я посмотрю.
– Еще раз простите, господин. Я хотел как лучше.
Хабитулла что-то пробурчал и взялся за текст. Он черкал карандашом, что-то убирал, вставлял.
Главарь банды прочитал поправленный текст и сказал:
– Вот теперь хорошо, кратко и достоверно. – Он бросил листок Касари и приказал: – Подключай телефон, прибор изменения голоса, набирай номер дежурного по НДБ.
– Какой, извините?
