— Собиралась бы прирезать, давно бы это сделала, — парировал Лазар. Я знал, что Амелия пришлась ему по душе, но тень сомнения всё же мелькнула на лице друга. — Говоришь, она собиралась бежать? Я и сам не исключаю этого варианта, она очень странно вела себя в таверне у границы. Но тогда это не сходится с первой твоей версией. Бежать, не совершив ни единой попытки убить Аларика…бессмыслица какая-то.
— То есть странности заметил не я один? — воодушевился Истон. — А как вам такая версия? Амелию хотят убить, чтобы дать Нортону повод разорвать с тобой мирное соглашение. Согласись, если ты не сумеешь защитить его единственную и любимую дочь, он вряд ли будет на твоей стороне! Он сам её и подменил, потому что в сговоре с Беркли.
Его слова против воли тронули что-то в моей душе. Всё же должность моего советника Истон занимает отнюдь не за красивые глаза.
— Значит, нужно лучшее её охранять, — заключил я, намекая, что порядком изматывающий разговор окончен. Истон открыл было рот, но я его опередил: — Я не ослеп и не сошёл с ума. Просто мне плевать.
— Плевать на то, что Нортон подсунул тебе фальшивую дочь? И что? Поведёшь под венец лгунью? А если выяснится, что она дочь поломойки? Невеста правителя Наргарда — простолюдинка…
— Следи за языком, — рыкнул Лазар. — С каких это пор тебе так претят простолюдинки?
— Ребекка — другое дело, — поспешил исправиться Истон.
— Не стоит так переживать за мою честь, — перебил я.
— Ладно, вижу, её симпатичное личико совсем затуманило твой разум, раз ты забыл о своей чести. Но что бы сказал твой отец? Ты дал ему слово, что исполнишь пророчество.
Слова друга острой иглой вошли в сердце. Память отца была для меня не пустым звуком, и ради собственной прихоти я никогда бы не позволил себе оспорить его честь.
— Я не прошу тебя рубить сгоряча, просто подумай хорошенько перед тем, как совершать следующий шаг. Ты уедешь завтра, и когда у тебя появится возможность взглянуть на всё со стороны, поймёшь, что всё далеко не так, как видится тебе сейчас.
Истон поднялся и вышел за дверь, оставляя последнее слово за собой. Горечь от высказанных и не высказанных слов осела на языке отравляя.
— Нам всем нужно остыть, — внёс разумное предложение Лазар и перевёл на меня задумчивый взгляд. — Ты уверен? В ней.
— Вы не понимаете, — выдохнул я и сжал переносицу. — Мне плевать, чья она дочь на самом деле. Теперь она моя.
— А как же пророчество…
— Пророчество, — с усмешкой протянул я. — Только не говори, что ты веришь в эту чушь? Ладно отец, он цеплялся за любую надежду, только чтобы не сойти с ума, но ты, Лазар?
— Ребекка верит, — друг пожал плечами. — Да все верят.
— Зря, — я горько улыбнулся. — Мне осталось не так много, Лазар. Никакого чуда не случится. Дракон уже близко, я чувствую его с каждым днём всё сильнее и больше не могу сдерживать. Он убьёт меня в следующий раз или, быть может, чуть позже. Без разницы. Времени у меня почти не осталось.
— Не говори так, Рик, — умоляюще прошептал друг. — Должен быть какой-то выход.
— Его нет. По крайней мере, я его не вижу, — я устало растёр лицо обеими руками и снова носа коснулся её запах. Терпкий и одновременно нежный. Будоражащий и умиротворяющий. Провоцирующий моего зверя и дарующий покой. — Разве что…
— Что? — поторопил меня друг. Я не мог обличить свои чувства в слова, романтика никогда не была моей сильной стороной. Да и раньше мне не доводилось чувствовать ничего подобного. Это было сродни маленькой смерти.
— Кирнас прав, мне нужен якорь, что-то, что поможет продержаться дольше. И кажется, я знаю, где его найти… — Лазар впился в меня внимательным взглядом. — Завтра. Всё завтра.
Друг, поняв всю серьёзность моих слов, не стал лишний раз сотрясать воздух.
— Ладно, — покорно согласился он. — Но ты ведь не думал, что я отпущу тебя одного?
— Ты нужен мне здесь…
— Наргард — самая защищённая крепость в нашем королевстве, твоей зазнобе здесь ничего не угрожает. Истон просмотрит за ней лучше, чем кто-либо, поверь.
Амелия
Утром меня никто не разбудил. Настойчивое солнце пробивалось сквозь незашторенные окна, оставляя на стенах причудливые полосы. Я потянулась, разминая скованные болью мышцы, отдёрнула плотную ткань и выглянула во двор.
По всему выходило, что близится полдень. Давненько я не позволяла себе так долго залёживаться в кровати. Надо сказать, что прошедший день выпил из меня все силы и я провалилась в сон, едва коснулась подушки. К тому же сразу по прибытии в замок Аларик отдал распоряжения и меня почти насильно накачали каким-то успокаивающим отваром. Голова после него стала лёгкой и пустой.
Щиколотка до сих пор напоминала о себе тупой болью, да и всё остальное тело не слишком-то благодарило меня за вчерашние приключения. Я выкрутила вентиль крана с горячей водой на полную и с тихим блаженным стоном опустилась в исходящую паром лохань. Вот она настоящая магия!