— Не помолвлены, — поджала Йохана губы, а потом улыбнулась, — Так это меняет дело. Если не афишировать эту историю, то… Ошибки молодости… Да и времена сейчас нынче не те.
— Так, стоп, — Катя обладала спокойным характером, но и у неё имелся свой предел, — Я не собираюсь замуж за Эрика. Думать об этом тоже не собираюсь! — повысила она голос, — Как и переезжать в Германию, несмотря то, что люблю вас!
— Но как… — Йохана, когда было нужно, мастерски умела изображать обиду, — Ты была бы ближе к семье… Твоя сестра… Она тоже у нас… Вы бы обе понесли и воспитывали вместе детей. Это бы укрепило союз наших кланов.
— Замечательная перспектива, но нет. Моё сердце принадлежит другому.
— Куда смотрит твоя мать, — раздраженно бросил Бартолд, — И что, на ваш союз с этим сиротой дали добро?
— У нас с мамой был уговор, что до конца учёбы мы этот вопрос не затрагиваем.
— Так учёба закончилась, — резко сказал дед, — Где этот Соколов? Почему ты нас с ним до сих пор не познакомила?
— Пока рано. — вздохнула Катя.
— Я не понимаю. — покачала головой Йохана. — Бартолд, мы должны разобраться.
Катя тоже не понимала, как объяснить эту запутанную ситуацию. Даже родственникам, учитывая, что они иностранцы, нельзя было говорить, что Эдгард играет важную роль в государстве. Не то, чтобы это секрет… Но это секрет, которым владеет ограниченный круг лиц, которые не собираются им с кем-то делиться. Даже в рамках их страны далеко не все знали, чем именно полезен Эдгард, считая его обычным парнем.
По этой же причине Медведевы подкрепляли слух, что Катя так и не восстановилась, оставшись на слабом уровне после травмы. Что автоматически делало её не такой перспективной невестой. Правда, скрывать это было всё сложнее и сложнее, потому что силы беса восстановились процентов на восемьдесят и окружающие, те кто поопытнее, легко это считывали. Из-за чего Катя редко выбиралась в свет. Как и Эдгард. Что устраивало обоих.
Но сейчас родственники собирались устроить скандал.
— Нужно поговорить с Ольгой, — решил Бартолд, — А ещё с этим проходимцем!
Ууу, — подумала Катя, — Плохо дело. От сироты перешли к проходимцам.
— Наверное это тот мальчик, который так внимательно смотрел на нас, — догадалась Йохана, — Я подумала, что он просто невоспитанный.
Катя прикрыла глаза и медленно выдохнула. Долгий, очень долгий день…
Домой я вернулся вечером. Одно радует, теперь не придётся мотаться с родовых земель в институт… Эта мысль как мелькнула, так и исчезла. Как сладка эта иллюзия, но нет, не бывать такому.
Мотаться буду и ещё как. Не только в институт, но и на работу. Да и по другим делам. Но это завтра. А сегодня я отдыхаю.
За прошедшие три года мне успели отстроить дом. По моим чертежам, с алхимическими наработками, крепость, а не жилище.
Стоило приблизиться к воротам, как проявилась печать, специально на них оставленная. Одна из. Их много вдоль периметра, часть активная, часть нет. Сейчас меня интересовала одна конкретная — та, что показывала, никто ко мне без меня не заходил, контур не нарушен, ходоки не заявлялись.
Славно. Хорошо, когда никто не беспокоит.
Ворота поставил автоматические, поэтому они сами отъехали в сторону. Месяц назад закончили установку. Забор достроили чуть раньше. В доме ещё надо доделать ремонт, но этим Катя занимается. Не в том смысле, что сама стены красит и обои клеит, а в том, что выбирает дизайн и управляет бригадирами. А если совсем уж быть точным, то делает это не она напрямую, а через главного дизайнера.
Да, изменилось многое.
Машину припарковал в гараже. Стоило ей встать на место, как заработал другой набор печатей — отвечающий за подзарядку всего того, что я напихал в тачку.
Руки чесались зайти в мастерскую, но удержался. Завтра, всё завтра. Сегодня в планах кое-что особенно важное. Сначала душ, потом приготовить ужин на двоих и…
Катя появилась приблизительно тогда, когда я и ожидал. Часов в десять то ли вечера, то ли ночи. Официально её здесь не было. А неофициально она, как вернула способности ходока, сбегала ко мне каждую ночь, возвращаясь домой утром. Подозреваю, что её мама знала об этом. Как и служба безопасности дворца. Но молчали. И правильно делали.
С хлопком, девушка появилась в столовой.
— Оу, — выдала она, увидев две тарелки и зажжённые свечи, — Ты меня ждал?
— Надеялся до последнего, что придёшь. Выглядишь устало.
Это несколько обеспокоило меня. Сегодняшний вечер должен быть идеальным, а не… вот это всё.
— Есть такое, — согласилась она, — Из меня вынули душу. А вместе с ней выжгли нервную систему. Ну, знаешь, когда щипцами по одному нерву хрум, хрум, хрум… — девушка показала, как именно это хрум происходит. Я впечатлился.
— Что случилось?
— Ой, лучше не спрашивай.
— Да я и так знаю. Бабушка, дедушка и… тот симпатичный немец из влиятельной семьи?
— Ничего-то от тебя не скроешь, — рассмеялась Катя.
В первые месяцы реабилитации Катя впала в депрессию из-за потери сил и я опасался, что её звонкий смех исчез навсегда. Но нет. Терапия обнимашками, забота, внимание и немного алхимии по восстановлению способностей сделали дело.
