Сытная трапеза привела Драко в хорошее настроение, но продолжалось это недолго – до того момента, когда, выйдя в холл, он увидел свое отражение в большом зеркале, висевшем на стене. Зрелище было настолько кошмарным, что юноша, с трудом спустившись на лифте на пятнадцатый этаж, на подкашивающихся ногах добрался до туалета и сел там на подоконник, прижавшись лбом к стеклу фальшивого окна и с трудом сдерживая рыдания.
За суматошное утро Драко успел забыть, как теперь выглядит, и, внезапно вспомнив об этом, чувствовал, что не хочет жить. Он отстраненно, словно о ком-то постороннем, размышлял об увиденном только что в зеркале человеке с обожженным лицом и содрогался от отвращения и стыда. Эти чувства были настолько сильны, что юноша впервые в жизни задумался о самоубийстве.
Подобные мысли не приходили в голову даже в страшные дни после бегства Снейпа, когда Драко напряженно ждал ареста, и ожидание казалось хуже любых ужасов тюрьмы. Но и тогда юноша точно знал, что не имеет права умирать…
Впрочем, сразу же после ареста Драко понял, что хуже тюрьмы ничего быть не может. Грубая, неудобная арестантская мантия, твоя волшебная палочка и личные вещи в равнодушных руках тюремщика, постоянный холод и въевшийся в стены омерзительный запах хлорки – магловского чистящего средства. Чародеи вполне могли бы использовать какое-нибудь заклинание или волшебный очищающий порошок, но специально покупали у маглов хлорку, чтобы заключенным жизнь медом не казалась.
Темная одиночная камера с окном высоко под потолком — от стен там всегда веет холодом, и чувствуешь себя настолько паршиво, что порой даже общая камера, где есть ЛЮДИ, кажется чуть ли не раем… Юноша знал, что случается с молодыми арестантами, попадавшими в общую камеру, но даже такая участь порой выглядела предпочтительнее прохладного сумрака и пустоты его личной одиночки.
Омерзительная еда – ее невозможно есть и всегда не хватает, и глотать нужно быстро, прикрывая оставшееся, чтобы не успели отобрать другие заключенные. Недолгие прогулки по окруженному высоким забором и залитому асфальтом тюремному двору, где не растет ничего живого…
Общая душевая, где в любое время года течет только чуть теплая вода, — там нужно постоянно держать в поле зрения остальных арестантов и в любую минуту быть готовым применить на практике немногочисленные уроки профессора Снейпа по магловской драке. Необходимость безропотно сносить хамство и грубость охранников – все заключенные знали, что случается с теми, кто противоречит конвоирам. Нет, стражники Флер-де–Лис были людьми в принципе неплохими и никого не насиловали и зря не били, да и деньги, заплаченные Нарциссой, надежно защищали ее сына от плохого обращения. Но Драко все равно не позволял себе расслабиться ни на секунду.
Покрасневшие и ноющие от холодной воды руки – после выхода на свободу их быстро привело в порядок недорогое зелье, но в тюрьме они выглядели ужасно. Боль в спине и ногах, въевшийся в кожу запах хлорки… Юноша не роптал – это был его выбор. Снейп говорил, что самое страшное в тюрьме – отсутствие нагрузки на мышцы. Прогулки длятся недолго, больше заняться нечем, а ежедневно делать зарядку способны только арестанты с очень сильной волей. Поэтому, когда тюремщики предложили выполнять какой-нибудь общественно–полезный труд – во Флер-де–Лис заключенных к этому не принуждали, и отказ ничем не грозил, – юноша все же согласился. Ему поручили мыть полы в бесконечных тюремных коридорах. Это было не самой легкой работой, но и не самой тяжелой: на кухне трудились только любимчики охранников и наиболее авторитетных заключенных, а в прачечную Драко заглянул лишь однажды и долго благодарил судьбу, что туда не попал. Возможно, именно готовность идти на компромиссы с тюремным начальством и открыла для высокородного Малфоя двери его темницы…
В первые дни после ареста он не верил, что сможет выжить в тюрьме, но потом как-то притерпелся, поскольку знал: это ненадолго. Даже в тех жутких условиях юноша не сомневался, что рано или поздно выберется из тюремного ада, продолжит свою борьбу и победит. Эта вера помогала переносить лишения, держать спину прямо и не сдаваться. Да, тогда Драко был уверен, что его ждет великое будущее, а сейчас прежняя убежденность исчезла без следа, словно вместе с мантией и часами сгорела дотла на драконьей речке… Он вспомнил, как прожил прошедшие после освобождения месяцы якобы вольной жизни – и вздрогнул, словно от удара.
Прежде чем воспоминания накрыли юношу с головой, он из последних сил заклятием запер двери туалета, наложил на стены заглушающие чары и, убедившись, что заклинания работают, зарыдал, закусив кисть.
