— Все лежит на самой нижней полке вот этого шкафа и прикрыто заклятием Незначительности, — ответил Уизли, не отрывая взгляда от бумаг, которые читал.
Девушка подошла к указанному начальником шкафу и одну за другой достала оттуда восемь серебряных джезв, а затем – наглухо закрытый большой пакет с кофе. Это, конечно, был не «Блу маунтин», который младший Малфой пил по утрам в родном доме, но тоже очень редкий и дорогой сорт.
— Драко, ты как раз куда-то собрался, — обратилась Шерилин к своему новому коллеге, протягивая ему большой кувшин, — не мог бы ты набрать воды?
— Не мог, — резко ответил юноша. – Я предпочитаю кофе из автомата в коридоре. У того сорта, который пьете вы, вкус слабо выражен.
— Думаю, вы правы, мистер Малфой, — кивнул Уизли. – Не затруднит ли вас принести кружечку и для меня?
— Не затруднит, сэр, — Драко вышел, громко хлопнув дверью.
В кабинете вновь воцарилась гробовая тишина. Сотрудники Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов переглядывались, пытаясь понять, что случилось с шефом за время их отсутствия.
Бездельничать под руководством Арти Уизли еще никому не удавалось, а работать в его отделе было нелегко, но интересно. Начальник строго и внимательно проверял, как подчиненные выполняют свои обязанности, но никогда не придирался из-за ерунды и с пониманием относился к тому, что люди, работающие у него, имеют не только рабочие, но и личные проблемы. При этом Арти не любил церемоний, всегда просил, чтобы подчиненные звали его по имени и вообще никогда не чванился.
И только две вещи по–настоящему раздражали спокойного и невозмутимого начальника Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов. Во–первых, Уизли не терпел, когда его подчиненные клали ноги на стол. По мнению Арти, так безобразно себя вести могут только американцы, а англичане не должны уподобляться невоспитанным заокеанским соседям. Все новые сотрудники Сектора, прежде имевшие данную привычку, избавлялись от нее уже через пару недель работы под началом Уизли. Дольше всего продержался Шон Бартлетт, но и он изменил свои манеры после того, как на протяжении четырех недель его лежащие на столе ноги по несколько раз в день подвергались необъяснимым атакам полчищ клопов или муравьев. Заговоренные насекомые не трогали ни других людей, ни прочие части тела Шона, но несчастному парню от этого не становилось легче.
Вторая причуда Арти была более безобидной и даже полезной для его подчиненных. Он ненавидел плохой кофе и не жалел красноречия, громя неразумных людей, которые гробят свое здоровье распитием яда замедленного действия — кофе из пакетиков или автоматов. Дабы избавить своих сотрудников от искушения употреблять эту страшную отраву, Уизли на собственные деньги купил для них серебряные джезвы и регулярно пополнял запасы очень дорогого молотого кофе. Сваренный по всем правилам напиток действительно был гораздо вкуснее того, что имелся в автомате в коридоре, и эту причуду шефа все его подчиненные безоговорочно одобряли.
И вот теперь сотрудники Сектора выявления и конфискации поддельных защитных заклинаний и оберегов с недоумением смотрели на начальника, не понимая, чем вызваны такие резкие перемены в его поведении. И уж совсем неясно было, зачем понадобилось сажать нового сотрудника за стол, за которым до этого Уизли сидел долгие годы…
— А почему Малфой носит тебе кофе, Арти? – наконец выпалил Шон, не привыкший скрывать свои мысли и чувства.
— Так он же высокородный, — пожал плечами Уизли, – а я теперь ему вроде командира. У всех высокородных сильно развито стремление служить своему сюзерену, и оно порой принимает довольно причудливые формы. Я просил мистера Малфоя перестать носить мне кофе, но получил резкий отказ. Феодальный кодекс чести, понимаете ли…
— А когда мистер Малфой обожженными руками тебя от драконов тащил, он тоже это делал из желания служить своему сюзерену? – неожиданно спросил Тедди, не отрывая взгляда от бумаг, которые изучал.
— Совершенно верно! – улыбнулся Артур. – Ты даже не представляешь, насколько ты прав!
Шагая по коридору, Драко молча ругал подлого лжеца–начальничка самыми последними словами. Но после драки кулаками не машут, а теперь ублюдок Уизли как учитель вправе требовать от своего ученика гораздо более разнообразных услуг, чем кружка безвкусной бурды из автомата в коридоре…
— Доброе утро, Драко! – высокая светловолосая девушка, стоявшая у кофейного автомата, приветливо улыбалась. – Я Мэрилин Хендерсон, работаю в Отделе по связям с общественностью. Мне о тебе брат рассказывал, он драконовод. Ох, и задал ты им всем шороху!
— Поверьте, мисс, я вовсе к этому не стремился, — вежливо, но очень холодно ответил юноша, стараясь побыстрее наполнить кружки кофе. – А теперь, извините, я должен идти…
