Это было правдой лишь наполовину. Деликатный предмет действительно Светлана решила не надевать. Но сегодня он лежал где-то у неё на квартире. Вернее, валялся в ящике с бельём, предназначенным для ближайшей стирки. Поскольку носил на себе следы любовной игры, оставленные обоими её участниками.
Но этого Константину лучше было не знать. Он и так находился не в своей тарелке, испытывая ужасную неловкость и даже злость.
– И что же ты решила? На кого подумала? Можно узнать?
– Извини, Костя. Я полагаю, не надо.
– Чёрт возьми! – прорычал Дедов. – Неужели на мальчишку Тилляева?.. Да, видимо, так и есть! Я же вижу, какими глазами он на тебя смотрит! Но это же глупо, я не могу поверить, будто у вас с ним что-то возможно! Правда, я заметил, как вы с ним ворковали на рауте по поводу премьеры, но неужели для вас может быть что-то большее? Или слухи, которые бродят по театру, имеют под собой основание?
– Константин, – произнесла Светлана, – будет лучше, если ты прекратишь эти ненужные догадки. Извини, я ошиблась, с кем не бывает. Знаешь, я могу компенсировать тебе расходы…
Эта фраза была явно произнесена зря. Но Света в тот момент соображала не просто плохо, а вообще никак. Дедов даже отшатнулся к двери.
– Чёрт возьми! – сказал он с неподражаемым выражением в голосе и на лице. Затем попытался найти ещё какие-то слова, но ему это не удалось. Поэтому он молча вышел в коридор, изо всех сил стараясь ступать тихо и не хлопать дверью, когда закрывал её за собой.
Светлана же без сил опустилась в кресло.
* * *
Денис поднял с земли мелкий камешек и бросил его в окно второго этажа. Через полминуты повторил, стал ждать. За стеклом мелькнула тень. Пытаясь понять, что означает отчаянная жестикуляция, Тилляев начал в ответ размахивать руками. Наконец собеседники вроде бы поняли друг друга. Денис забежал за угол больничного корпуса и подошёл к облезлой двустворчатой двери. Над нею нависал частично разрушенный бетонный козырёк, из которого торчали прутья арматуры. Через несколько минут изнутри послышались металлические щелчки, дверь задёргалась и с треском открылась наружу.
– Быстро заходи, – негромко сказала Маша.
Денис проскользнул внутрь. Глущенко ловко защёлкнула верхнюю задвижку, ударив по ней костылём. Затем опёрлась на него и спросила:
– Принёс?
– А как же!
С этими словами Тилляев вынул из карманов три пачки «Магны».
– Да ты просто ангел! – Маша обхватила одной рукой Дениса за шею, притянула его к себе и звучно чмокнула в губы. – Пошли! Помогай мне бежать вприпрыжку. А то я сама по этому трамплину не поднимусь.
Денис не ожидал такого поворота. Он просто собирался передать молодой женщине обещанные сигареты, после чего сразу же развернуться и отправиться восвояси. Но не оставить же Машу без помощи?
«Бежать», даже с посторонней помощью, вверх по щербатой лестнице было не особенно удобно. Да что там, с костылём и в гипсе почти невозможно. Денис и Маша кое-как миновали первый небольшой пролёт в пять ступенек, затем Тилляев ловко подхватил тоненькую женщину на руки (она только коротко ахнула) и мигом поднял её на площадку второго этажа пожарного хода.
– Ну ты даёшь, братишка! – сказала Маша. – Теперь тихо. Налево нельзя – там сестринский пост и ординаторская. Можно только направо – там через две двери ванная, я спёрла от неё ключ. Туда ночью никто не заходит. Отопри дверь и жди меня. Посидим, покурим недолго. А то меня засекут, пока я с ключом буду возиться, ещё грохнусь на пол ненароком.
Возражать было сложно. Денис только кивнул в знак согласия и быстро промчался на цыпочках тёмным коридором к ванной. Два поворота – дверь открылась. Тилляев проскользнул внутрь. Через минуту за ним зашла и Маша, ловко подпрыгивая на одной ноге и беззвучно упирая костыль в пол. Она тихо заперла дверь изнутри и щёлкнула зажигалкой, подпаливая сухую тонкую деревяшку.
– Свет включать низзя, – сказала женщина. – Но тут недавно начали делать ремонт, стесали со стен штукатурку. Вон дранка торчит, можно её выдёргивать и жечь, как лучину при царе… Давай сигареты.
Распечатав пачку и с наслаждением прикурив от горящей лучины, воткнутой в барашек крана над ванной, Маша со звуком «ф-ф-ф» выпустила дым.
– Ты же бросил курить, да? – спросила она. – Я тоже брошу. Но не здесь и не сейчас.
– Это как ты хочешь, – сказал Денис.
– Я уж думала, ты не придёшь. Утром-то от вас ничего ведь не получила. Дедов не курит, девушка тоже. Свету не поймёшь, то ли курит, то ли нет, а если и курит, то какую-то дрянь с ментолом… Ну, рассказывай, братец.
– А что рассказывать-то?
– Всё, что сочтёшь нужным. Впрочем, если не хочешь, то и не рассказывай. Кто эта красотка, которая с вами приходила?
– Это Зульфия, – просто ответил Денис.
– Твоя подруга? Не похожа на восточную девушку… Она прелесть. Только что-то волком на тебя смотрела.
– С ней у нас всё посыпалось. Причём по моей вине.
– По твоей вине, говоришь? Застукала тебя с кем-то? Да, нетрудно догадаться. Ничего, я своего Серёгу два раза с других девок снимала. Поцапались, погавкались, потом помирились.
– Боюсь, это не наш случай.
