Кортеж, выехав на окружную, остановился на ближайшей заправке.
– Оставь телефон в машине, через два часа нас заберут, – приказал Красноперов, перекладывая в бардачок из карманов мобильники.
– Покатайтесь по Москве и в 16.30 ждите нас на точке, – бросил генерал через плечо подскочившему к нему начальнику охраны.
Мордоворот молча кивнул, прыгнул за руль, и машины умчали прочь.
– Иди за мной, чтобы под камеры не попасть, – проговорил генерал, направившись в обход заправки, позади которой на технической площадке стоял под парами «крузак» с замазанными грязью номерами.
– Поехали, – скомандовал Красноперов сидевшему за рулем сухощавому парню в надвинутой на глаза бейсболке.
Всю дорогу ехали молча. Через несколько километров джип свернул с трассы, петляя по размякшим от дождей проселочным ухабам. Вскоре на горизонте возникла серая деревенька с покосившимися деревянными избами и кубическими домами из силикатного кирпича. «Крузак» остановился возле бетонного забора с широкими ржавыми воротами. После трех коротких гудков ворота заскрипели, пропуская машину во двор.
Возле строения с облупленной штукатуркой, больше похожего на сарай, стояли два видавших виды внедорожника. Закрывавший ворота человечек, одетый в потертый камуфляж, двигался так, будто ему стоило больших усилий оторваться от земли, инстинктивно озирался вокруг себя бессмысленным проваленным вовнутрь взглядом. Больше во дворе никого не было видно.
– Надень, – генерал протянул Мозгалевскому балаклаву и кивнул на Breguet. – А часы спрячь.
Владимир слегка замешкался, но натянул на голову маску, пахнувшую табаком и потом. То же самое сделал и генерал. Они вошли в дом.
Крытая веранда завалена ветошью, старыми тазами, кастрюльками и пустыми мутными банками. Потянув дверь, друзья оказались в обшарпанной каморке с окошком, занавешенным тряпкой, почти не пропускавшей солнечного света. В углу комнаты торчала ржавая буржуйка из грубой чугунины. Возле печки, затянутой паутиной, стояли две продавленные панцирные койки с прохудившимися грязными матрасами. В каморке царствовал кисловатый удушливый запах нечистот. Красноперов прошел на середину комнаты, брезгливо отодвинул в сторону половик, замаранный жирными черными потеками. Под ковриком оказался люк, скрывающий ход в подвал.
– Аккуратней, ноги не переломай, – прокряхтел генерал и первым полез в подполье.
Осторожно перебирая ногами ступеньку за ступенькой, Мозгалевский спустился вниз. Влажный едкий мрак вонью испражнений ударил в лицо. Красноперов на ощупь отыскал под потолком тумблер, и подвал озарился тусклым светом. Вдоль бетонных стен шли две металлические трубы, к нижней был прикован грузный господин, возле которого стояло цинковое ведро и бутылка с водой. Узник имел непропорциональную, стремящуюся к квадратной форме голову, почти лысую, с рваными пятнами щетины, оттопыренные уши, короткий рот с губами-складочками, мелкие рыбьи глазки и щегольский клубный пиджак. От неожиданного света он захлопал глазами, с паническим страхом рассматривая гостей.
Мозгалевский, памятуя встречу со Збарским, достал пачку сигарет, зажигалку и швырнул их пленнику. Тот суетливо подобрал, выковырял сигарету, высек пламя и сделал блаженствующую затяжку.
– Я не знаю, кто вы такие. И ни в коем случае знать не хочу. Но понимаю, что все в любом случае упирается в деньги. Я продиктую номер, и вам доставят нужную сумму. Это ваш бизнес, и я его уважаю, – дрожаще затараторил Поребриков, не вынимая изо рта сигареты.
– Слышь, пидор ушастый, твоя жизнь зависит исключительно от того, насколько ты с нами будешь искренен, – надменно начал генерал.
– Да, да. В этом не сомневайтесь, расскажу, спрашивайте. Что именно вас интересует? – прилежно пробарабанил словами Поребриков, обескуражив товарищей своей учтивой готовностью.
– Ты возглавляешь лабораторию редактирования генома. Чем она занимается? – спросил Красноперов.
– Здесь нет никакой тайны, – радостно подхватил пленник. – Последние годы мы разрабатываем методы изменения человеческого генома под конкретные задачи. Речь идет об удалении и замещении отдельных генов из ДНК, негативно влияющих на качество человеческой жизни. Например, наследственные заболевания, старение, пагубные пристрастия и тому подобное. Теперь мы можем полностью переформатировать человека. – Поребриков вдохновенно загремел наручниками.
– Таблетка бессмертия для дряхлого вождя? – Мозгалевский несдержанно вмешался в допрос.
– Я не стал бы так оглуплять многолетний самоотверженный труд выдающихся ученых. А вы разве не хотели бы жить двести, триста, пятьсот лет? – генетик дерзко дернул ушами.
– Не дай бог, – презрительно хмыкнул Владимир.
– Значит, вы не чувствуете своего предназначения, не несете ответственности за судьбы миллионов. Ведь многим кажется, что избавление от смерти – это сказочный дар, но на самом деле – это осознанное бремя, право лидеров и гениев. Остальным за глаза достаточно и пятидесяти лет, чтобы не быть обузой семье и государству. – Квадратная голова ученого надменно вздернулась.
