Я сижу на стуле рядом с Пейдж. На левом боку, по которому прошлась молния, у меня похожий ожог. Перед глазами стоят образы родителей и Никки. Я все время думаю, как легко могла погибнуть Пейдж.
Я опасна для близких, и мне не стоит забывать об этом, даже на миг.
В кабинет заходит медсестра и протягивает нам крем от ожогов. Больше, по сути, ничего и не надо. Все обошлось. Молния не попала в саму Пейдж, а меня едва задела. Нам повезло. Но, вспоминая, как Пейдж трясло, я понимаю, что совсем не могу управлять своей силой, и мне становится дурно.
– Не надо, – говорит Пейдж.
Даже лежа на больничной койке с запутавшейся травой в волосах, она не теряет силы духа.
– Чего не надо?
– Жалеть себя.
Я тут же хочу оправдаться, но сдерживаюсь. Пейдж знает меня куда лучше. Приятно осознавать, что во мне осталось не только одно любопытство, скрытое в крошечной лесной хижине. В глубине души я справилась со смертью Никки и все еще здесь. И все же мне до боли грустно.
– Ты же не знаешь, каково это – терять контроль.
– Еще как знаю. – Голос Пейдж звучит напряженно.
Конечно, она говорит вовсе не о магии.
Пейдж смотрит в стену перед собой.
– Твои страдания из-за магии уже порядком надоели.
Тряхнув головой, я смотрю на потолок, на стену – куда угодно, лишь бы не ей в глаза.
– То есть ты лучше меня знаешь, что я чувствую? Да ты даже понятия не имеешь! – резко возражаю я, чувствуя жар.
– А кто в этом виноват? – гневно спрашивает Пейдж.
Она садится на койке и пристально смотрит на меня. Я молчу, и они ложится обратно.
Раньше мы были всем друг для друга, а теперь едва можем находиться в одной комнате. Мне трудно дышать, когда я понимаю, что мы потеряли.
Я избегаю ее взгляда, а она моего. Молчание куда громче, чем наша самая страшная ссора. Оно заполняет всю комнату. Когда дверь неожиданно открывается, я подскакиваю.
В медкабинет заходят мисс Сантайл, мистер Берроуз и мистер Донован.
– Девочки, – говорит мисс Сантайл, глядя на нас поверх очков. – Как вы? Вам лучше?
– Да, спасибо, – отвечает Пейдж.
– Да, – эхом вторю я.
Мистер Донован пододвигает три стула, и учителя садятся. Я прижимаю ладони к коленям, пытаясь успокоиться. Мне даже страшно представить, что меня ждет.
Мистер Донован достает ручку и блокнот, чтобы делать пометки.
Мисс Сантайл переводит взгляд с Пейдж на меня и обратно.
– У меня мало времени.
– Клара не виновата, – говорит Пейдж, и я пристально смотрю на нее. – С самого начала что-то пошло не так. Клара хотела остановиться, но я не дала ей. Я не хотела провалить задание.
– Весьма безрассудно, мисс Лексингтон.
– Да, – соглашается Пейдж, но в ее голосе нет ни капли сожаления или неуверенности. Она говорит ровно и твердо, как и всегда.
– Зная ваши отношения, не стоило ставить вас в пару, – говорит мисс Сантайл, обращаясь скорее к мистеру Доновану, чем к нам.
Тот ерзает на стуле.
У меня вспыхивает лицо, и я опускаю взгляд.
Мистер Берроуз смотрит на меня.
– Вы не будете посещать групповые занятия, пока не научитесь лучше контролировать свою магию. Сосредоточимся на индивидуальных уроках.
Я смотрю на мисс Сантайл и мистера Донована, ища их поддержки.
– Я бы лучше отказалась от индивидуальных занятий и занималась в группе. Если я не буду тренироваться, то никогда не научусь работать с другими.
Мистер Берроуз качает головой:
– Сегодня мы наглядно убедились, что вам не стоит посещать обычные уроки. Тем более вы уже долго учитесь со своими одноклассниками и тесно общаетесь. Вы и дальше будете заниматься с Саном, а в конце года мы посмотрим на ваши успехи. Как только вы научитесь хорошо владеть своей магией, вернетесь к групповым занятиям. А пока тренируйтесь контролировать свою силу. Сосредоточьтесь на этом.
Мисс Сантайл и мистер Донован не возражают, и я понуро опускаюсь на стул.
Я понимаю, почему школа дает мне индивидуальные уроки, индивидуальное жилье,
– Отдыхайте сегодня, девочки. Завтра посмотрим на ваше самочувствие. Если нужно, продлим больничный. – Мисс Сантайл переводит взгляд на меня. – Я скажу мистеру Паку, что сегодня вы не будете заниматься. – Она встает. – Хорошенько выспитесь, девочки.
Мисс Сантайл открывает дверь, запуская холодный воздух в медкабинет. Мистер Берроуз молча выходит за ней. Мистер Донован же немного колеблется.
– Девочки, простите меня. Мисс Сантайл верно сказала – не нужно было ставить вас в пару. Это я виноват, не вы. – Он встает. – Набирайтесь сил.
Мы киваем, и мистер Донован выходит из кабинета.
– Я устала, – произносит Пейдж, откашлявшись.
– Я пойду, – говорю я. – Мне подождать тебя снаружи и проводить до Зимнего дома?
– Нет.
Я медленно встаю со стула и направляюсь к двери.
– Пейдж, – начинаю я, но храбрость покидает меня.
Между нами глубочайшая пропасть. Любые мои слова канут в ее глубинах и никогда не долетят до другой стороны.
– Я рада, что ты не пострадала.
Пейдж просто молчит и смотрит куда-то. Я выхожу и закрываю за собой дверь.
