Высшее магическое образование полностью

– Магии ты, скорее всего, не лишился, но отклонения все же есть, – поспешил он прояснить. – На данный момент любое взаимодействие с маной может усугубить твое состояние, так что рисковать не стоит. Полежи и не напрягайся, а завтра мы проведем тесты и разберемся, что с тобой.

Легко ему говорить «не напрягайся». Мне фактически сказали, что я, возможно, стал калекой. Вся жизнь псу под хвост. Как я могу не напрягаться? Без магии я никто. После такого Ветрюкам за меня нет смысла заступаться, да и из академии тоже выкинут. Тем временем травлю Огневых никто не отменял. Мне некуда податься. Разве что вернуться домой. Родственники, может, и пожалеют, но всю жизнь быть иждивенцем…

– Буду ждать, – ответил я безжизненным голосом.

– Ладно, тогда отдыхай. Если будет изменение в самочувствии, то сразу вызывай.

– Конечно.

Дождавшись, когда Лесли, наконец, выйдет из палаты, я обратился к Элле:

– Что-нибудь добавишь?

Не особо. На данный момент я могу только сказать, что отклонение действительно есть. Пока ты не начнешь взаимодействовать с маной, я не смогу определить, в чем оно заключается, но, как и сказал Лесли, сейчас этого делать не стоит. Хоть организм физически и в норме, но тебе нужно восстановить силы.

– Ладно. Один день подожду, – успокоился я. Сейчас лучше себя чем-нибудь отвлечь, а не волноваться попусту. – Что насчет сестер?

С ними все в порядке. Их переместило в лазарет буквально через несколько секунд после тебя. К тому времени амулет «Последняя линия» уже нормально работал, и никаких ранений они не получили.

Ну, хоть что-то. Значит, старался не зря.

Как сказать, как сказать…

– Что ты имеешь в виду?

– Пока ты витал в царстве грез, тебе пришло письмо.

– Покажи.

Передо мной возник экран, на котором было обычное сообщение, пришедшее через электронную почту.

Приношу свои глубочайшие извинения за произошедшее событие. Искренне сожалею о случившемся и надеюсь на скорейшее выздоровление. Если мы можем этому хоть как-то поспособствовать, то дай нам знать.

Мы очень признательны за оказанную нам помощь и просим больше не подвергать себя такому риску ради нас.

Ацуко Сакурай

И это всё? То есть после того, как она прострелила меня, она даже не удосужится лично навестить меня с извинениями, а отделывается этой писулькой? Уже в третий раз я оказываюсь в лазарете из-за помощи им. На этот раз я даже, возможно, лишусь магии, а они лишь «сожалеют» и «готовы поспособствовать»? Я бы очень хотел, чтобы это письмо оказалось неудачной шуткой, но электронная подпись не оставляла сомнений в аутентичности отправителя.

Особенно впечатлила вторая часть – «оказанную нам помощь» и «больше не подвергать риску ради нас». «Оказанную» в прошедшем времени, а «не подвергать риску» только «ради них». Иными словами, больше они в моей помощи не нуждаются и не хотят, чтобы я в этом участвовал. Если перевести это письмо с официального языка на нормальный, то в нем написано следующее: «Спасибо, конечно, за помощь, но ты теперь калека и больше нам не нужен, так что проваливай».

Это нечестно… Нет, дело тут даже не в честности или справедливости. Это просто подло. Вот, значит, какова ваша плата за помощь…

– А я ведь говорила, – прозвучал у меня в голове голос Эллы. – Мало тебе того случая с Огневыми? Опять надо было лезть к аристократам? Довожу до твоего сведения, что ожидание новых результатов от повторения одних и тех же действий – признак безумия.

– Как я, по-твоему, должен был поступить? Просто стоять в стороне и дать их убить?

– А что в этом такого? Большинство людей так и поступило бы. Не хватало своих проблем, так ты еще и в их трудности влез.