«С мягкой посадочкой!» – мысленно поздравил себя командор, думая, стоит ли вылезать наружу или лучше остаться здесь навеки. Еще садясь в истребитель – там, на Морабо, Матвей заметил, что из гардероба исчез скафандр. Странно, но в тот момент это не вызвало беспокойства, однако сейчас лезть в это болото в расписной рубахе, шортах и пляжных тапочках было бы нелепо. Впрочем, какое это имеет значение? Все последние события казались сценами театра абсурда, так что эпизодом больше или меньше – какая разница…
Колпак кабины, обляпанный болотной жижей, открылся неожиданно легко, и внутрь ворвались запахи прелой травы, гари, ржавчины и незабудок. Наверняка этот мир был полон и звуков, однако все они тонули в нескончаемом «Танце маленьких лебедей», который почему-то звучал все громче и громче.
К счастью, истребитель дотянул да края болота, и Матвей босиком, держа башмаки под мышкой, выбрался по носовой части на твердую сухую землю, где за вереницей чахлых кустиков лежало паханое поле. Контрольно-следовая полоса этого мира – не иначе… За ней возвышались руины, похожие на древний, давно заброшенный завод. Было зябко, ветер гнул пожухлую траву и раскачивал низкие хлипкие столбики, вбитые вдоль края поля с натянутой на них бечевкой. К одному из них была прибита маленькая табличка с надписью по-русски: «Проверено, мин нет». Впрочем, на противоположной стороне стоял солидных размеров аншлаг с надписью на галаксе: «Доверчивые гибнут первыми».
Идти, как ни крути, надо было прямо – не лезть же обратно в болото. За полем, по крайней мере, была дорога – обычная грунтовка в пятнах луж, ведущая куда-то за холмы. Но и пашня, что раскинулась впереди, не внушала ни малейшего доверия. Казалось, что кто-то неведомый боронит ее лишь затем, чтобы скрыть в земле кости несчастных, кому не удалось перебраться на противоположную сторону.
Внезапно музыка зазвучала громче, и в тот же миг Матвей заметил движение на дальнем краю поля. Присмотревшись, он разглядел четырех девиц в балетных пачках, исполняющих все тот же «Танец маленьких лебедей». Они приближались, двигаясь зигзагами, синхронно совершая невероятные прыжки. Но когда они достигли середины поля, на месте одной из них, второй слева, поднялся огненный столб, разметавший во все стороны ее обугленные останки. Три оставшихся как ни в чем не бывало сомкнули строй и продолжили танец. Два следующих взрыва прогремели один за другим с интервалом не более трех секунд. Зато последнему «маленькому лебедю» не хватило буквально трех шагов, чтобы достичь линии ограждения. После взрыва ее голова упала прямо под ноги Матвею. Прежде чем глаза балерины остекленели, она успела улыбнуться и попыталась что-то сказать. Лишь по губам он прочел фразу «Добро пожаловать в Лабиринт…».
С опаской обойдя оторванную голову, командор шагнул на пашню. Потеряв тапочки, он прыгнул на место последнего взрыва и, стараясь идти по следам покойных балерин, двинулся вперед.
Опасен любой человек, независимо от того, каков он. Добрые и злые, тупицы и мудрецы, герои и трусы – все они в определенные моменты опасны как для окружающих, так и для себя самих.
Принцесса заперлась в своей каюте. Благо единственным кодом доступа к замку был отпечаток ее ладони, так что сюда при всем желании никто не смог бы вломиться. Из попутчиков-конкурентов никто не показался ей человеком, хоть сколько-нибудь приятным в общении. Но надо было сделать выбор, пока не разобрали всех парней, кроме вечно засыпающего старца. Проповедника уже обрабатывает революционерка, а журналиста, рокера и аристократа сейчас наверняка делят между собой две оставшиеся девицы. Пусть делят. Кто-то один все равно останется, и, скорее всего, это будет тот, кому самому противны их чары. Пожалуй, рокер Сэм – наиболее яркая личность из всех претендентов. Но как он сегодня работал на камеру! Как нарывался на очередной скандальчик. Даже сейчас, когда жизнь висит на волоске, он не упустил лишнего шанса привлечь к себе внимание. И смерти он, скорее всего, не ищет. Ну, и хорошо, что не ищет. Нет здесь рыцарей без страха и упрека. Наверное, их уже нигде не осталось. Только в старых бумажных книгах… Даже герцог явно любовался самим собой, когда приставил клинок к горлу назойливого репортера. Нет, все-таки не стоит принимать поспешных решений. Если все идут к одной цели, то и пути будут неизбежно пересекаться. Время есть. Случай представится. Рано или поздно…
