– Я сейчас! Я скоро. – Претендент на титул исчез, просто растворился в воздухе, и теперь о нем напоминали только оставленная инвалидная коляска и брошенная в лужу трость.
Надо было спешить. Еще оставалась надежда, что можно успеть выйти из тоннеля, прежде чем это ничтожество выполнит поставленные условия.
– Да, чуть не забыл: у меня там собачки, но вы на них ноль внимания, и они не тронут. – На этот раз приглушенный голос донесся из-за стены и звучал он сквозь шум воды. Видимо, хозяин тоннеля уже наливал ванну, а значит, стоило поспешить.
Она рванулась вперед, и в тот же миг раздался оглушительный лай, прямо перед глазами мелькнули огромные клыки, вокруг в темноте засверкали огоньки красных глаз.
Если сейчас дать волю страху, то, пожалуй, останешься здесь навсегда. А то и вправду придется посвящать в рыцари какого-то негодяя и самозванца. Рыцарь Подземелья! Лорд-хранитель Заднего Прохода! Верховный Блюститель Клоаки! Граф де Слив! Барон фон Сифон! Все! Выход из тоннеля остался позади, и принцесса оказалась на залитой солнцем площади, окруженной живописными руинами дворцов различных эпох, за которыми возвышались ржавые и покореженные стальные каркасы небоскребов. Ее встретил гром аплодисментов. Площадь была полна людей, которых принцесса, ослепленная на мгновение сиянием нескольких солнц, не сразу разглядела. Десятки рук подхватили ее и начали передавать друг другу над океаном счастливых молодых лиц. Она даже не пыталась сопротивляться, настолько ошеломил ее этот неожиданный прием. Оставалось дожидаться, пока толпа не переправит ее на противоположный край площади, где возвышалась обитая кумачом трибуна, на которой стояло несколько парней и девушек, одетых, как и все остальные, в джинсы, свободные клетчатые рубахи, со шляпами, беретами и банданами на головах – разнообразных, в том числе и самых причудливых оттенков. Так что площадь играла на солнце всеми цветами радуги. С трибуны ей протянули руки, она за них уцепилась и вскоре стояла в одном ряду со стройными, улыбчивыми и красивыми людьми.
– Скажите в микрофон, что любите их всех, помашите ручкой и улыбнитесь, – прошептал ей на ухо парень, что оказался рядом. А когда принцесса проделала все это, он взял ее за локоть и под восторженный рев толпы повел прочь – по деревянным мосткам, ведущим внутрь соседнего здания. За ними последовали и все, кто был на трибуне, причем никто из них не забыл приветливо помахать толпе рукой на прощание.
После яркого уличного света казалось, что комната погружена в полумрак, однако Анна разглядела длинный стол, покрытый кумачовой скатертью, ряд мягких кресел вдоль него, лепнину на потолке в виде стаи ангелочков и стены, увешанные картинами с батальными сценами, где люди отстреливались из-за баррикад, которые штурмовали чудовищные монстры.
Парень, что шептал ей на ухо, занял председательское место во главе стола и жестом предложил Анне присесть по левую руку от него. Вскоре и все остальные стулья были заняты, а на столе выросла шеренга стеклянных запотевших бутылок с минералкой и ряд граненых стаканов. Впрочем, к питью никто не притронулся, пока председательствующий не налил себе стакан и не выпил его залпом. В комнате действительно было жарко, но принцесса решила воздержаться от холодного питья. Ей не терпелось узнать, куда она попала. Что такое на самом деле эта Нижняя Пандора?
– Итак, вам, дорогая гостья, наверняка не терпится узнать, куда это вы попали, – начал свою речь председательствующий. – Спешу удовлетворить ваше любопытство: вы попали на фронт. Здесь! Именно здесь пролегает передний край обороны против Хаоса. Именно отсюда мы продолжим наше движение вперед – во имя любви, милосердия и здравого смысла.
Милая конопатая девушка, сидевшая от Анны слева, вдруг усмехнулась и, пока председательствующий продолжал вещать, наклонилась к уху принцессы и прошептала:
– Не обращай внимания. Он не такой дурачок, каким кажется. Просто его заносит иногда.
Анна в ответ лишь кивнула, продолжая внимательно слушать речь.
– …каждый житель Нижней Пандоры готов к самопожертвованию. Именно это придает смысл и цель нашему существованию. И пусть те, что по другую сторону тоннеля, занимаются кознями, интригами, существуют в свое удовольствие, пока беспощадное время не отнимет у них последнюю волю и все оставшиеся желания.
– Он так распинается, потому что идет трансляция на площадь, – продолжила шептать девушка слева. Похоже, ее очень заботило, чтобы гостья не подумала плохого о предводителе этой компании.
Оратор тем временем протянул руку под стол. Оттуда раздался щелчок, и он сдержанно, но твердо произнес:
– Не можешь подождать, пока я закончу?
Девица подняла руки в знак покорности, и тот снова включил трансляцию.
