– Стало быть, он смотрел телевизор в…
– В библиотеке. Где я и нашла его.
– Давайте вернемся назад. Что произошло, когда вы вернулись домой? – Он отхлебнул кофе, и Ника тоже сделала глоток.
– Начала проверять, все ли двери заперты. Я всегда так делаю перед сном. Передняя дверь оказалась незапертой, – продолжала она, – но это обычное дело. Я услышала, что телевизор включен, и удивилась тому, что в спальне горит свет, а Аркадий Юрьевич еще в библиотеке.
– А дальше?
– Я подошла к двери библиотеки и заглянула внутрь. Он сидел в кресле, склонив голову набок, будто уснул.
Кирилл терпеливо ждал.
– И вдруг я почувствовала запах, – еле слышно выговорила Ника. Он понял, о каком запахе идет речь. – Я решила, что с ним случился приступ и он испачкался. В библиотеке была включена только одна лампа, но когда я шагнула через порог, то сразу увидела… кровь. И… вторую половину его головы… И брызги… – Она осеклась. – Мне стало страшно, я подумала, что убийца еще в доме. Наверху. Потому в спальне и горит свет. Мне захотелось подняться туда… – Она опять умолкла.
– Надеюсь, вы этого не сделали?
– Нет, но собиралась, – прошептала она. – Мне захотелось поймать его с поличным. Но я ушла на кухню, где оставила телефон и пистолет, спряталась в угол и позвонила в службу спасения.
– Где сейчас ваш пистолет?
– У меня в сумке. Я положила его на место, как только прибыла первая машина.
– Можно взглянуть на него?
– Сумка вон там, на столе.
– Вы не могли бы передать ее мне?
Она поднялась и прошла через кухню, двигаясь, как зомби. Кирилл последовал за ней и пронаблюдал, как она вынимает пистолет. Он лежал в кобуре, обойма оказалась полной.
– Я всегда заново заряжаю его после поездок на стрельбище, – объяснила Ника, потирая лоб.
Она еще не успела вычистить пистолет, хотя Кирилл мог бы поручиться, что она бережно ухаживает за оружием. От пистолета пахло пороховой гарью. Кирилл знал, какими будут результаты баллистической экспертизы: Ника слишком умна, чтобы так просчитаться. Вряд ли она убила старика, но полностью исключать эту версию Кирилл не торопился. Людей зачастую убивают их близкие, поэтому Ника наверняка попадет в список наиболее вероятных подозреваемых.
Она следила за ним бесстрастными глазами, замкнувшись в себе.
Так некоторые люди переживают стресс.
– Давайте присядем, – предложил Кирилл, и она подчинилась. – Вы не получали новых подарков в посылках? Вам никто не звонил?
– Нет, ни подарков, ни звонков больше не было. Однажды мне показалось, что за мной следят, но я ошиблась.
– Вы точно знаете?
– Этот человек сидел за рулем белого «Ягуара». Для слежки слишком уж приметная машина.
Если она единственная. Однако человек, разъезжающий на «Ягуаре», вполне может позволить себе иметь несколько машин. «Ягуары» в таком деле слишком заметны.
Значит, Нику оставили в покое. Но именно о подарке она вспомнила, когда обнаружила труп судьи.
– Вы упоминали, что Виленскому угрожали когда-то смертью, что вам об этом известно?
– Все подробности знают его родные. Это произошло еще до того, как я появилась в его доме. Его родные… Господи, надо позвонить им!
– Мы сами известим их, – пообещал Кирилл, смягчившись при виде растерянности Ники. – Вы знаете их имена и номера телефонов?
– Разумеется. – Ника снова потерла лоб. – У судьи двое детей. Сын и дочь. – Она назвала имена и номера телефонов, а потом умолкла, опять уставившись на скатерть.
– Я сейчас, – пообещал Кирилл и встал. Он собирался осмотреть библиотеку и пройтись по всем комнатам дома.
Он уже был у двери, когда Ника окликнула его:
– Он был наверху?
Кирилл остановился:
– Когда прибыла полиция, в доме никого не было. – Об этом ему доложили сразу.
– А он не мог выпрыгнуть из окна?
– В доме не обнаружено никаких следов. Ни открытых окон, ни отпечатков на подоконнике. – Больше он ничего не мог добавить.
– Надеюсь, что наверху его и правда не было, – пробормотала Ника. – Надеюсь, что не упустила его. Мне следовало подняться туда. Следовало посмотреть…
– Ничего подобного!
– Я бы убила его, – бесстрастно произнесла она.
Изнемогающая физически и опустошенная эмоционально, в шесть часов на следующее утро Ника встретила Катерину с семьей в аэропорту. В ожидании посадки она успела выпить еще чашку кофе. Ника понятия не имела, которая это чашка по счету за последние сутки, но была абсолютно уверена, что лишь кофеин помогает ей держаться на ногах.
Она не спала ни минуты, а если бы и рискнула лечь, заснуть ей не дали бы. Федоров еще долго расспрашивал ее, потом сразу навалилось множество дел. Знакомых следовало известить. Полицейские взяли на себя родных судьи.
Потом начали звонить родные Виленского – одновременно по домашнему и по сотовому телефонам.
Дом предстояло привести в порядок. Ей надо было разместить одиннадцать человек, в том числе и саму себя, в гостиницах, да еще и подготовиться к приезду родных Виленского за считаные часы.
