- Почти никаких, - спокойно сказал Ашор. – Нам стоит расспросить Патрисию, она готовилась к работе с «солнцем» и знает о нем больше всех. Однако и я не слепой. Я тоже замечаю, насколько странные тучи над нами кружатся. Астероид повлиял на артефакт, который и до этого не отличался стабильностью. По иронии судьбы, в зоне действия оказался аутентичный Ключ, который сработал как дистанционный активатор и запустил неизвестный нам процесс. Когда нечто подобное случилось в прошлый раз, станция Надежда оказалась недоступна на несколько десятилетий, и оазис пришлось объявить запретной зоной. Что случится на сей раз, предсказать сложно, ведь артефакт испорчен, но если речь опять о неконтролируемом разгоне, перспективы у нас не радужные.
- А люди? – спросил Громов. – Что тогда стало с людьми?
- Про людей у меня сведений нет, но судя по здешнему интерьеру, эвакуация, если и была, проходила в спешке. Смогут ли вовремя эвакуировать нас, большой вопрос.
В комнате повисло молчание.
- Я тебе не верю, - Паша вскочил на ноги. – Ты вообще не понятно кто! И нагородил с три короба!
– Мне жаль, что приходится выступать вестником плохих новостей, – вздохнул Ашор. – При вас должен быть вертолет, на котором прилетела группа Белоконева. Раз вы не улетели, пока была возможность, а отправились искать помощи у соседей, значит, его электронная начинка сразу вышла из строя. Однако есть шанс перезагрузить систему, если электромагнитное излучение не было запороговым.
- Все гораздо хуже, - буркнул Громов. – Вертолет придавило обломком скалы, он без ремонта не взлетит.
- Значит, этой попытки выбраться у нас тоже не будет. Жаль.
- Поищем другой выход, - сказал Громов. – Нельзя сдаваться. Это «солнце» можно выключить?
- Попытка не пытка, но есть осложняющие дело факторы. Необходим комплексный анализ.
- Значит, соберёмся все вместе и соединим известные факты, - сказал Ишевич. – Ашор, Белоконев, Патрисия – как понимаю, у каждого есть свои части головоломки. Паш, ты сможешь убедить жену сказать нам правду?
- Если кто-то возьмет на себя Доберкура, то да, - Павел сердито уставился в окно, в темном стекле которого отражалась скромная обстановка комнаты. – Доберкур ее подавляет, имеет над ней какую-то власть. Без него Пат вздохнет свободнее.
- Предлагаешь его убить? – иронично спросил Ашор.
- Я ничего не предлагаю! – прошипел Долгов. – Я говорю, что Пат его боится и при нем откровенничать не станет.
- Может, Доберкур не будет препятствовать? – предположил Юра. – Не идиот же он.
- Короче, идем за остальными, - подвел итог Ишевич. – Как только просветлеет настолько, что можно будет передвигаться, отправимся в лагерь и перевезем всех сюда. Тут места достаточно, есть вода, продукты, домики, в которых можно жить. Да и разделяться нам не следует.
- Это правильно, - согласился Громов.
- Вы что, ему безоговорочно поверили? – воскликнул Долгов.
- Собраться всем вместе в любом случае выглядит разумным решением, - примиряюще произнес Громов.
- Есть вопрос, - Ишевич обвел присутствующих за столом глазами, - что народу говорить станем? Сразу введем в курс дела или повременим?
- А если Ашор врет или ошибается? – Долгов никак не мог избавиться от предвзятости. - Этого же нельзя исключить.
- Исключать ничего нельзя, - согласился Ашор, - но и скрывать правду не стоит. Тебе же самому не понравилось, что Дима утаил истинный масштаб антарктической операции.
- С нами женщины и маленький ребенок. Кирилла тоже будем пугать?
- Кирилл всегда держался молодцом, - ответил Паше иллюзионист, - и не раз доказывал, что трудностей не боится. То, что он оказался с нами, говорит о его сопричастности. Это его судьба.
- Это дурость и нелепая случайность! – вспылил Павел.
- Я тоже думаю, что правду должны знать все, включая Кирилла, - заявил Юра. – Только надо подать ее правильно. Но не исключено, что Патрисия в лагере успеет просветить всех первой.
- Кстати, обо мне желательно держать язык за зубами, - сказал Ашор. – К сожалению, я тут единственный участник, оставшийся нераскрытым Доберкуром. Тебя, Дима, он уже вычислил, и если бы ты не улетел так спешно в оазис вместе с Юрой, то был бы уже выведен из строя. Отравлен или мертв.
- Если ты хотел меня поразить, то не преуспел, - Ишевич усмехнулся, - ладно, я не против устроить сюрприз Доберкуру. Паша, ты понял? Не проговорись жене, пусть все считают Ашора обычным заложником.
Долгов вздохнул и кивнул.
- Аню Егорову тоже не стоит подставлять, - добавил Ашор. – Пока.
- С этим тоже согласен.
- Это вы про циркачку? – удивился Долгов. – А она тут причем?
- Да так, есть одна задумка, - откликнулся Дима.
- Выходит, Вовка во всем прав оказался, а я-то ему не верил, - начал Громов, но тут с кровати Завадской донесся мучительный стон, и он, не договорив, бросился к ней: - Вика, что с тобой? Ты хочешь пить? Встать? Я помогу!
Вика с поддержкой кое-как села на постели. К ней подошел Ашор, справился о самочувствии и попросил оголить спину. Юра, узрив багрово-желтушные кровоподтеки, побледнел как полотно.
- Я двигаться почти совсем не могу, - пожаловалась Вика. – Тело словно не родное.
