- А как ты хотела после авиакатастрофы, моя дорогая? – спросил Ашор. – Ты в рубашке родилась.
- С ней все будет в порядке? – взволновался Юра.
- Позвонки не повреждены, спинной мозг тоже, но синяк есть синяк. Ее сильно приложило о спинку кресла.
- Вчера все было нормально.
- И сегодня будет, - Ашор ободряюще улыбнулся Вике. – Ты больше лежи, а мы за тобой поухаживаем. Юра, протри ей спину и намажь вот этой волшебной мазью, ей легче станет.
- Волшебная мазь ей не слишком-то помогает, введи ей обезболивающее, - попросил Громов, - мы сегодня доберемся до лагеря, там есть еще, это не последняя ампула. И я спрей брал специальный.
- Спрей это хорошо, - Ашор пошел за сумкой. – Но я не согласен, что мазь бесполезна. При обычных условиях гематомы приобретают желтоватый оттенок спустя неделю, а у нас суток не прошло. И отек полностью спал.
- Это тоже связано с местным полем? – вполголоса осведомился Ишевич.
- Среди прочих, на Надежде ставили эксперименты медицинского характера. Облучение различных мазей и препаратов растительного происхождения давали положительный эффект, -пояснил Ашор. – А вот с антибиотиками почему-то не пошло. Как несостоявшийся врач я проявлял к данной теме повышенный интерес и могу судить с высокой степенью достоверности.
- Однако, - пробормотал Дима, он выглядел потрясенным. – Надеюсь, ты это не придумал.
– Понимаю, звучит фантастично. Артефакт еще не раскрыл нам всех своих свойств, но даже то, что раскрыл, тянет на несколько сенсаций.
- Юр, мне надо выйти, - шепнула Вика, после того, как Ашор сделал ей укол обезболивающего. – Ты не покажешь, где удобства?
- Д-да, конечно, - Громов вскочил, потом нагнулся, помогая девушке встать на ноги.
- А который час? – Вика обратила внимание, что одна из ламп на столе продолжает гореть, а комната наполнена густыми тенями.
- Ты будешь смеяться, но мы не знаем, у нас нет часов. А темно, потому что погода пасмурная.
Медленными шажками они дошли до двери, где Юра снял с крючка Викину куртку и со всеми предосторожностями помог ей одеться.
- По-моему, становится прохладно, я протоплю, - произнес Долгов, ни к кому конкретно не обращаясь, но Громов приостановился на пороге.
- Ты дрова зря не расходуй, угля набери, я видел склад за ДЭСом.
- Угля? Знаешь, я с углем никогда не пробовал.
- Я сейчас вернусь и покажу. И где угля набрать. Эта печь чугунная, выдержит.
– Хорошо, только не задерживайся. К приходу наших друзей надо хорошенько прогреть дом, а то белье сыростью пахнет.
- Тут и убраться не помешает, тотальная антисанитария, - Ашор поднялся и направился в дальний конец комнаты, где лежал Игорь Симорский. – А у нас серьезный пациент.
- Возле вертолета у нас еще двое, один из них тяжелый, – сказал Паша.
- Тем более. Надо бы и второй домик под жилье приспособить.
– Сделаем. Как там Игорь, выкарабкается?
- Если очнется, будет шанс. В его случае черепно-мозговая травма ухудшает прогноз. А еще антибиотики широкого действия нужны. Срочно...
Юра и Вика вышли на улицу, и захлопнувшаяся дверь резко обрубила ответ Павла.
- Как холодно! – выдохнула Вика, оказавшись на маленьком крылечке без перил.
- Осторожнее, дорогая, здесь сколько!
От усилий, которые понадобились, чтобы сойти по ступеням, когда ветер норовил сбить с ног, у Вики перехватило дыхание. Уцепившись обеими руками за Громова, она приостановилась и подняла глаза к небу.
Там, скрытое под черными быстро меняющимися дымными клубами, висело тусклое, похожее на грязную пуговицу солнце, на него можно было смотреть, не напрягаясь. Но не только от этого зрелища делалось не по себе. Был еще один источник света – темного, непонятного, жуткого. Откуда-то из недр ближайшей к ним горы вверх бил скрученный из нескольких фиолетовых лучей переливающийся столб. Достигая бугрящихся облаков, он растекался по ним мрачными сполохами, образуя над долиной нечто вроде зонтика. Его не было заметно из окна, но сейчас картина предстала перед зрителями во всем своем инфернальном великолепии.
– Так вот как выглядит конец света, – пробормотала Вика. – Ужас-то какой!
- Все скоро наладится, – убежденно произнес Юра – Видишь, гроза уже закончилась, а луч… ну, это так… природное гало.
- Не ври уж мне, Юра. Луч бьет из Хранилища, куда вы собирались проникнуть, об этом даже круглый дурак догадается. Скажи, астероид его полностью разбомбил, и теперь мы обречены?
- Если честно, я не знаю, - признался Юра. – Но поскольку буря улеглась, не считаю происходящее дурным знаком. Ни грома, ни землетрясения, ни подземного гула нет, значит, непосредственно сейчас нам ничего не угрожает.
- А потом?
- Потом видно будет.
- Когда я проснулась, вы громко спорили, и я кое-что слышала. Мы повторяем путь пропавших здесь советских полярников. И еще среди французских гостей Патрисии затесался убийца.
- Подслушивала, значит, - улыбнулся Громов, хотя внутри него все сжималось от тревоги.
- Не нарочно. Но мне страшно, Юр... и еще этот луч...
