Их догнал страшный шум, и мощная струя воздуха яростно толкнула в спину, Ашор упал на колено. Патрисия попыталась встать, но рухнула рядом с ним и заплакала:
– Прости меня, прости, – повторяла она, – я не думала, что так получится!
Ее бил озноб. Она кашляла от клубящейся влажной пыли, противно липнущей к коже, и рыдала.
– Что случилось с Павлом? – отплевываясь, Ашор выровнял дыхание, набираясь сил для нового рывка.
– Он остался там, – Пат уцепилась за его воротник. – Скажи, что ты меня прощаешь, пожалуйста! Я все это делала ради тебя!
– Ты это и мужу постоянно твердила, – он отклонился, поднимаясь. Протянул руку: – Вставай, нельзя тут оставаться.
– Это был несчастный случай! – она оперлась о его локоть и кое-как встала.– Поль вытолкнул меня в подземелье, а сам не успел… Плита поломала заграждение и перекрыла ход. Он столкнул меня в щель в самый последний миг.
Ашор стиснул зубы и снова подхватил ее на руки.
– Ты лжешь, – сказал он, устремляясь к южному коридору, ведущему из пещеры в горящий зловещим синим светом ледяной коридор.
– Нет, это правда! Мы уже уходили, когда это случилось.
– Когда случилось что? Что ты сделала, Пат?
– Я пыталась отправить «солнце» в параллельный мир, но ничего не вышло. И тогда я включила режим самоликвидации. Это получилось с третьей попытки. Только чертова плита сдвинулась!
– Если бы ты включила режим, как утверждаешь, то не успела бы покинуть Хранилище. Там все устроено так, чтобы самоликвидация была крайней мерой, и человек, идущий на это, сознавал, что погибнет вместе с «черным солнцем». Жрецы обязаны были хранить артефакт до последнего вздоха. Если бы ты сделала то, на что претендуешь, давно была бы мертва!
Говорить на бегу было трудно, и Ашор приостановился, а затем и вовсе встал, привалившись спиной к бугристой стене ледника. Патрисия зашевелилась, и он отпустил ее, позволяя встать рядом. К его удивлению, здесь царила удивительная тишина. Купол над головой держался прочно и гасил все посторонние звуки.
– Хорошо, я все объясню. Я попросила Поля унести тебя, – устало произнесла Патрисия, точно так же прислоняясь к ледяной стене. – Ты был нашим шансом на спасение и адаптацию. Пароль про единорога, наказ разыскать Витали Лисицу, Южный Урал – все это не имело смысла без тебя. Я рассчитала силу удара, ты не должен был сильно пострадать, только оставаться без сознания какое-то время. Я хотела, пока Поль тащит тебя к выходу, телепортировать «солнце». Но Поль зачем-то вернулся в зал. Сказал, что оставил тебе фонарь и сумку с лекарствами…
Пат замолчала, и Ашор скосил глаза в ее сторону. Фонарик она держала таким образом, что тот светил ей под ноги. Ее джинсы ниже колена были грязные и порваны. Поскольку она продолжала дрожать, свет трясся вместе с ней, перескакивая с ботинок на ледяные камни и обратно.
– Не прислоняйся ко льду, – Визард просунул локоть ей под спину, привлекая к себе.
Тонкий джемпер не слишком-то защищал от холода, и свой кокетливый шарфике она тоже где-то потеряла. Ашор снял с себя ватник и набросил ей на плечи.
– Это уже становится традицией - делиться с тобой верхней одеждой. Ты стала слишком беспечна.
Пат с наслаждением просунула руки в теплые рукава:
- Спасибо! Я согреюсь немного и верну. Будем носить по очереди.
- Забудь. Так что ты сделала, когда команда на капсулирование не прошла? Но не ври, что задействовала самоликвидацию.
– Я снова пыталась его выключить. И мне показалось, что это удалось. «Солнце» погасло и встало на своем постаменте. Он перестало гудеть. Все клавиши на панели потухли. Даже те, что обозначали защитный купол. Я очень обрадовалась и хотела упаковать артефакт, и тут раздался треск…
– Где?
– Везде. На потолке, в стенах, в полу. Трещало и рушилось все, зал содрогался в странных конвульсиях. Ступень подо мной проломилась, и я рухнула в дыру, зацепившись за острые края руками, - она показала ему порезанные ладони. – Тут из проема подземного хода показался Поль, он вытащил меня, и мы вместе помчались к выходу… Плита от сотрясения смела баррикаду из камней. Поль толкнул меня вниз, а сам остался в зале. Он не успел…
Патрисия замолчала. Ашор тоже молчал. Ледяной холод уже пробрался сквозь плотный свитер, и хотя он отодвинулся от стены, это не помогало сохранять ускользающее тепло.
В коридоре было тихо, и только где-то в отдалении, в сиреневом подледном мраке шумела невидимая река.
– Он мог выжить, – наконец, предположил Ашор.
– Нет, – Пат покачала головой и дотронулась до левой стороны груди: – Я чувствую его смерть здесь. Он умер. Там все обрушилось.
Ашор покачал головой:
- И все-таки мне кажется, ты недоговариваешь.
- Нет, было все именно так. Я отдала записи Полю, а тебе вернула Ключ. Вы оба не должны были пострадать из-за моих экспериментов. Я хотела попытаться, но если бы что-то сорвалось, то повредило бы только мне. Мне и никому больше!
- И где же сейчас Ключ и записи?
