Визард отлепился от колонны и принялся ловить сумку и фонарь. Добравшись до своих сокровищ, он обработал рану и выпил несколько капель «живой воды». И тут подземелье сотряс громовой удар, а меж колоннами, завывая, пронесся пыльный ветер. Нарастающее ворчание заставило забиться сердце сильнее, оно понуждало бежать прочь, ибо в глухих и низких раскатах слышалась тяжелая поступь близкой смерти. От нее дрожали стены.
Ашор направил фонарь в сторону источника зловещих звуков и увидел длинный прямой тоннель. В противоположной стороне располагался круглый зал, уже знакомые гладкие колонны, которых оказалось преизрядное количество, и стены, мерцающие синим. В одном месте в стене зияла черная дыра – высокая арка раскрытых ворот вела из подземелья в еще более плотную темноту. Выход был открыт, ворота заклинило беспорядочно наваленными камнями.
Так вот он где!
Он не падал в подземелье, сбитый с ног случайным сталактитом – его ударили и оттащили аж до самого выхода. Зачем?
Чтобы он, когда очнется, не успел добежать до «черного солнца» и вмешаться.
Вопрос, кто это сделал, даже не стоял: Патрисия, это она его ударила. А Паша, которому она, прощаясь, шептала на ухо четкие приказы, а вовсе не милые глупости, помог ей.
Господи, что же она натворила?! И где она? Где Павел? Почему все вокруг трясется и медленно разваливается, если Пат собиралась всего лишь отправить «солнце» в параллельный мир, оставив Хранилище без изменений?
Повернувшись спиной к спасительным воротам, Ашор поспешил назад, к «черному солнцу». Украшенные древними барельефами стены, исходящие песком и пылью, гулко вопили о том, что все у Пат пошло наперекосяк.
Он наткнулся на тело уже через несколько десятков метров. Патрисия лежала посреди коридора и не подавала признаков жизни. Нижняя часть ее туловища и ноги были усыпаны каменными обломками с обвалившей стены, полностью перегородившей проход. Один из обломков, украшенный широко разинувшей рот физиономией, словно олицетворял демона, напавшего на смельчака, выпустившего его из заточения. К счастью, камни были некрупными, и сохранялась надежда...
Ашор отвернул луч фонаря от демонической пасти и принялся руками раскидывать завал. Голова его все еще отозвалась вспышками боли, но когда Пат застонала и пошевелила рукой, иллюзионист обрадовался и окончательно перестал обращать внимание на собственные трудности.
– Где-нибудь болит? – он ощупывал ее в поисках переломов и травм.
– Нет. Не знаю. Ты жив… – хрипло выдохнула Патрисия.
Он не стал это комментировать, хотя на языке вертелось много всего, в том числе и не предназначенного для нежных ушей обнаглевших иностранок.
– Где Паша, он же был с тобой, да?
– Его здесь нет…
Ашор с тоской посмотрел на завал. Найти в нем полностью засыпанного человека было нереально. А может, он ошибся, и Павел не возвращался?
Почувствовав, что тяжесть больше не давит на поясницу, Пат предприняла попытку встать. Он помог ей.
– Если можешь двигаться, надо уходить, здесь небезопасно.
Подтверждая его слова, со стен периодически продолжали сыпаться мелкие камешки и нечто вроде серого песка. В отдалении перекатывался нехороший гром.
– Нога! – простонала Патрисия, балансируя. – Я, кажется, ее сломала.
– Это сильный ушиб, но лечить сейчас некогда. Обопрись на меня!
Он подставил ей плечо. Патрисия, цепляясь за него обеими руками, повисла на нем, не в состоянии сделать ни шагу.
Новый мощный удар потряс подземелье. Ашор чертыхнулся и, вручив Пат фонарь, подхватил ее на руки.
– Паша точно к тебе не приходил? – уточнил он для очистки совести.
Патрисия всхлипнула:
– Поль погиб!
- Уверена?
- Да. Я виновата…
Коридор снова очень сильно тряхнуло, свод крошился и разваливался на глазах. Луч фонаря бил в сторону (держать его прямо у Патрисии не получилось) и тонул в поднятом облаке каменной пыли. Визард продвигался вперед, как мог, рискуя споткнуться, упасть или угодить под обвал, который становился все более вероятным. К счастью, выход был близко, но к несчастью, из него тянуло морозным воздухом, а на Патрисии не было верхней одежды. Ей жутко не нравился старый ватник, и она избавлялась от него при первой возможности. Вот и тут, за всеми событиями не успела его прихватить.
– Что ты сделала с «солнцем»? – Ашор увернулся от накреняющейся с противным стоном колонны.
– Уничтожила, как ты хотел!
– Не верю! – он протиснулся сквозь заблокированные двери. Клубы пыли, треск, скрежет и глухие удары от падающих осколков шлейфом тянулись за ними.
– Я просто хотела тебя спасти!
В пещере, куда они попали, выскочив из подземного храма, тоже все шло не слава богу. Земля содрогалась, сверху валились плотные куски льда, и идти по скользкой обледеневшей почве стало тяжелей. Ашор замедлил шаг, силы его были на исходе, и он все чаще спотыкался, а тут еще и Патрисия добавляла нотку хаоса к происходящему.
– Ашор! – она крепко обнимала его руками за шею и шумно дышала в ухо. – Прости меня! Прости мою самонадеянность! Ты не должен был умереть!
