Маленький Паша не подозревал о скрытых страстях и опасных подводных течениях, которые сотрясали их семейную лодку, до тех пор, пока не стало слишком поздно.
По рассказам матери, которые были, впрочем, довольно скудны из-за малого возраста Павла, его отец всегда, даже неоперившимся птенцом, только-только закончившим институт, умел производить впечатление на окружающих, ничем не напоминая ученого-ботаника: ни внешностью, ни поведением. Вокруг Михаила Долгова постоянно вились люди, он был центром притяжения и источником невероятных идей. Трудно было представить, что в тяжелые для науки времена на сугубо абстрактных проектах можно сделать хороший бизнес. Большие деньги крутились в нефтегазовой отрасли, и никто не желал вкладываться в альтернативные источники, тем более, если они были связаны с непонятными физическими процессами, а не с примитивной силой ветра или солнечного света. Но те, кто поверил в Долгова, не пожалели. Михаил составил толковый бизнес-план и дошел с ним до губернатора, тот выделил ему грант. Дело закрутилось и быстро пошло в гору. Михаила даже называли «вторым Теслой», но в отличие от первого, ему везло в жизни гораздо больше. Все до поры выходило у него легко и изящно.
Его жена Ольга, едва стало понятно, что лаборатория «Долгов интерпрайзис» встала на ноги и обещает расцвести, наплодив заводов и филиалов, пожертвовала собственной карьерой ради домашнего уюта. Она стала жить исключительно интересами мужа и сына. Павел, когда вырос, часто задавал себе вопрос, отчего она так поступила: ее ли это был выбор или давление отца, желавшего иметь нормальный тыл? Увы, расспросить маму было уже невозможно…
Детство Павла – именно благодаря маме – было безоблачным и полным самых разнообразных вещей. Ольга Долгова была женщиной с хорошим вкусом и четким представлением о том, как следует воспитывать детей. Лет до двенадцати Павел вел весьма насыщенную жизнь (да и потом трудно изменял выработавшимся привычкам). Он учился, путешествовал, ходил по музеям и театрам, занимался верховой ездой, фехтованием, посещал три раза в неделю бассейн, благо семейный бюджет позволял. Но занимались с ним не только приглашенные учителя, мать тоже была его верной спутницей. Это она проводила с ним часы в залах перед картинами Рембрандта, Брюллова и Айвазовского. Это она вечерами читала ему вслух произведения из библиотеки мировой классики. Это она сплавлялась с ним в каноэ по бурным рекам и ночевала в палатке.
Отец постоянно был «где-то там»: на работе, в лабораториях, в командировках, на совещании в правительстве. А мать была рядом. С ней можно было делиться планами, задавать вопросы, жаловаться, смеяться и грустить. Когда в их насыщенное смыслами и трудами существование врывался отец, это был праздник: яркий, шумный, привносящий будоражащие кровь новые ощущения, но – слишком быстро заканчивающийся. Как всякий нормальный ребенок, Павел любил родителей, считал их самыми лучшими и думал, что так будет продолжаться вечно.
Но однажды все резко прекратилось. Павел даже не сразу понял, что в их семье случилось непоправимое. Он замечал слезы матери и ее немного странное поведение, но по-детски не придавал значения, ведь потом все возвращалось к норме. Наверное, были и другие звоночки, но Павел был слишком уверен в незыблемости хода вещей.
В тот страшный осенний вечер, вернувшись из школы, он застал в доме полицейских и еще кучу незнакомых людей. Отец вел себя странно, отводил глаза и не хотел ничего сыну объяснять. Ему объяснили другие – какая-то чужая женщина. Слова «самоубийство», «наркотические препараты» и «депрессия» эхом отдавались в ушах, но не имели смысла. Это все не про маму! Это не имело к ней отношения!
Но он ошибался. Прошлое не поддавалось исправлению.
Павлу пришлось учиться жить заново. Внешне все оставалось, как при маме: учителя, манеж, бассейн, культпоходы… но атмосфера безоблачного счастья, казалось, покинула его навсегда.
Отец денег не жалел, но деньгами не заглушишь ни обиду, ни ненависть. Павел искал ответ на главный вопрос: почему? Ответ не нравился. Всплывали подробности, от которых делалось не по себе, которые он не желал знать. Оказалось, что семья их давно представляла собой только название, что отец изменял матери, что мать пыталась сначала бороться, потом забыться. Лекарства от депрессии она пила пачками… Она даже подумывала вернуться на сцену, но там ее никто не ждал. Сын рос и все чаще предпочитал общество друзей, муж тоже искал кандидатур помоложе… В общем, типичная история стареющей жены богатого человека, в одночасье обнаружившей, что впереди ничего больше нет.
Павел отца не простил. А когда тот привел в дом новую жену, не принял ее. Мачеха пыталась найти с ним общий язык, но быстро плюнула и стала заниматься своими делами, благо пасынок козней не строил, от рук не отбивался – просто держался отстраненно-холодно.
