Солдат с одной нашивкой на погонах сел за стол. Полумрак подчеркивал его узкие скулы и прятал глаза. Второй мужчина пожилого возраста в черной фланелевой рубахе присел на край кровати.
- Кто вы такие? Куда идете? - ефрейтор говорил отрывистыми резкими фразами.
- Уходим от землетрясения. Город разрушен полностью. Жить там невозможно. Много мародеров и бандитов. Вот мы и ищем спокойное место. - Иван говорил также отрывисто в тон ефрейтору.
- А почему в тайгу уходите? Шли бы к цивилизации, в сторону других городов.
- Нет других городов, нет цивилизации.
- А ты, мужик, уверен?
- Ты и сам так думаешь. Телевизор не работает, по телефону невозможно никуда дозвониться, последние две недели здесь не было ни одного состава, кроме вашего, а пути разрушены с той и другой стороны. Все остальные во главе с сержантом ушли, понимая, что нет армии и страны, которой вы присягали, - сказал Иван.
- Вы с ними встречались?
- Мы видели издалека, как они наткнулись на бандитов и погибли.
- А что у вас в поезде? - спросила Инна.
- Военная тайна, - ответил ефрейтор и продолжил, увидев в дверях солдата. - Рядовой! Почему оставил свой пост. Бегом охранять состав.
Задумчиво посмотрев на гостей, сказал:
- Ну ладно, садитесь. Отец, у тебя гости, тащи что-нибудь пожрать и не забудь бутыль, - ефрейтор по-хозяйски махнул рукой.
- Я - Марат. Мы охраняем военный груз в пломбированных вагонах. Сидим здесь уже две недели. Сначала ушел лейтенант, якобы узнать, что происходит. Вчера сержант подбил всех остальных уйти. Мы с Андрюхой самые молодые, - он только призвался, я год отслужил, - нас и оставили. Живем вот у Назара, - он показал на вошедшего железнодорожника, несущего хлеб, сало и поллитровую бутылку.
Пока говорил, он смотрел только на Инну, поэтому, когда он спросил, как их зовут, было впечатление, что его интересует только её имя.
- Я - Иван. Она – Инна, - ответил Иван.
Инна погрузилась зубами во вкусно пахнущий хлеб с куском сала сверху. Жуя, очистила вареную картофелину. Марат разливал мутную жидкость в металлические кружки.
- Ну, за встречу! - поднял он свою.
- Мы не пьем. - Иван достал из своего мешка бутылку с родниковой водой.
- Хочешь меня обидеть!? - с угрожающей ноткой в голосе сказал Марат.
- Мы не пьем, - уверенно глядя в его глаза, повторил Иван.
Остальная часть трапезы прошла в молчании. Марат пил с обходчиком, бросая мимолетные взгляды на Инну, причем, наглость его взгляда росла с количеством выпитого. У Инны сразу после еды стали слипаться глаза, - сказывалась накопившаяся за эти дни усталость. Марат с мутным взглядом и нетвердым шагом дошел до кровати и, не снимая сапог, уснул. Назар дал Ивану матрац, а сам ушел на сеновал.
Проснулась Инна от прикосновений грубых рук, лезущих в её штаны. Раннее утро давало достаточно света, чтобы увидеть Марата, который пытался одной рукой стащить с Инны штаны, другой держал нож у горла Ивана.
- Я всего лишь трахну твою бабу. От неё не убудет, - дыша самогонным перегаром, он суетливо тащил штаны.
Инна, не зная, что делать, лежала, не сопротивляясь. Под своей правой рукой она ощутила руку Ивана, который подталкивал ей нож. Не раздумывая, она выставила нож, когда Марат навалился на неё.
Остро отточенное лезвие легко вошло в тело. Она почувствовала, как легко пронзает острое лезвие мягкую человеческую плоть. Инна видела, как на нависающем над ней лице за доли секунды отразилось все, - от вожделения и удивления к боли, страху и желанию жить.
Теплая жидкость потекла по её руке на обнаженный живот, и она оттолкнула с отвращением с себя тело. Марат держался руками за живот и судорожно дышал. Иван дождался, пока Инна уйдет смывать с себя кровь, и прервал его мучения.
Выйдя из дома, он подошел к спящему на посту воину и, забрав автомат, сказал проснувшемуся Андрею:
- Ефрейтор умер. Надо его похоронить.
Они вытащили труп во двор (Андрей, испытавший на себе все прелести дедовщины, и радовался свободе, и с опаской поглядывал на Ивана), и, когда начали копать могилу, пришел Назар.
- Плохой был человек. Людей не уважал, - ничуть не удивившись, сказал он.
- Он пытался меня изнасиловать, - как бы оправдываясь, сказала Инна. Она смотрела на свои мелко дрожащие руки, которые помнили ощущение мягкости и податливости тела.
Закопав тело, они поели, сидя молча во дворе, слушая лесных птиц и думая каждый о своем.
- Что же мне теперь делать? - спросил Андрей. - Я должен охранять груз, но один я не справлюсь, да и непонятно, от кого охранять. И, вообще, понадобится ли кому-нибудь то, что я должен охранять?
- В ближайшие столетия твой груз никому не понадобится. Кстати, надо посмотреть, что в вагонах. - Иван пошел к вагонам, лопатой сбил пломбы и открыл первый вагон. Все его пространство было заставлено бочками, на которых были угрожающие надписи: ОСТОРОЖНО! ЯДОВИТО!
- Химическое оружие или отходы атомной электростанции или что-нибудь подобное, - сказал Иван, стоявшим за его спиной людям. - Через несколько лет, когда проржавеют бочки, всё здесь будет отравлено.
- Может отогнать поезд отсюда, - сказал Назар.
