– Так что вы будете, герр майор?
– Кофе, черный, без сахара.
– Два кофе, Моника.
– Минуту!
Девушка выпорхнула из кабинета.
– Необычный у вас секретарь.
– И не говорите. А все протеже: ее пристроил сюда главный инженер патронного завода.
– Она любовница Флейшера?
– Я этого не говорил.
– Понятно.
– Вы посидите, я отдам распоряжение дежурному врачу.
Как только главный врач закончил разговор с дежурным врачом, секретарь внесла кофе.
– Здесь курить можно? – спросил Биккель.
– Курите, я бросил, но мне приятен запах табака.
Биккель закурил.
Пришел дежурный врач, положил на стол три папки:
– Здесь все по тяжелораненым.
Биккель уточнил:
– Вы уверены, что здесь все?
– Господин майор, я не в первый раз составляю документы на комиссию.
Биккель поднялся:
– Хорошо, благодарю вас, доктор, и до свидания, хотя, наверное, правильнее сказать – прощайте.
– Не стоит зарекаться. Всего доброго.
Биккель сел в машину и поехал в офицерскую гостиницу, где снимал номер. В принципе его работа по приказу командира полка была завершена, но не закончена работа разведчика.
Он сел за стол в однокомнатном номере и начал составлять отчет.
Вечером решил прогуляться: прошелся по Ригенштрассе, бросил взгляд на часовую мастерскую – закрыто. Пошел дальше на Альтерплац, вышел на Геренштрассе, здесь проживала любовница Фриза, подпольщица Вильда Зингер. Неожиданно из переулка выехал черный «Опель» и, скрипнув тормозами, остановился рядом с майором.
– Герр Биккель? В этом районе?
Из «Опеля» вышел начальник гестапо штурмбаннфюрер Динер.
– Добрый вечер, герр Динер. Вы видите что-то странное в том, что я решил прогуляться?
– Здесь не место для прогулок.
– Кому как.
– Хотите скажу, куда вы идете?
– Вы умеете читать мысли?
– Я умею выстраивать логические цепочки.
– Похвально. И куда же я иду?
Начальник гестапо усмехнулся:
– К сестре своей невесты, Сельме Карус. Она живет с сыном, который еще мал и не понимает, для чего по вечерам к женщинам приходят мужчины. А повод отличный – проведать будущую родственницу. Все верно?
Биккель усмехнулся:
– Да, не напрасно вас назначили начальником гестапо. Вы действительно умеете выстраивать логические цепочки. А вы сами, если не секрет, что делаете здесь?
– О, Биккель, это совершенно неуместный вопрос. Хенсдорф – зона моей ответственности, и я могу находиться там, где захочу.
– Ну, что ж, тогда извините.
– Скажите честно, Биккель, вам кто-то рассказал о моих личных делах?
Майору пришлось изобразить изумление:
– О ваших личных делах? Нет, мне никто ничего не рассказывал. А при чем тут ваши личные дела?
– Это правда?
– Конечно, правда.
– И все же что-то подсказывает мне – вы лукавите. Но вы умеете держать язык за зубами, и мы, пожалуй, поладим. Поверьте, со мной выгоднее поддерживать хорошие отношения, чем ссориться.
– Я сказал правду, штурмбаннфюрер. Ваши личные дела меня не касаются. Если позволите, закончим этот разговор?
– А вы не так просты, майор.
– А почему я должен быть простым? Пройдет немного времени, и я пойду на повышение, стану начальником штаба полка, а там и его командиром.
– У вас есть покровители?
– А у кого их нет? У меня весьма высокие связи, в том числе и в Главном управлении СС обергруппенфюрера Готлиба Бергера. Надеюсь, вы поняли меня?
Динер сразу сник:
– Конечно, майор, мы же не враги, просто поговорили.
– До свидания, штурмбаннфюрер.
– Хорошего вечера, майор!
Биккель направился дальше по улице. А Динер еще долго стоял, переваривая услышанное. Он мог бы, конечно, поинтересоваться и проверить слова летчика, но не мог знать, чем это закончится для него. Вполне возможно, что Биккель говорит правду. Какое ему дело до Вильды Зингер, чей дом находится совсем рядом, и к кому направляется начальник гестапо?
Биккель был уверен, что Динер не решится следить за ним. Он явно ехал к Вильде, которая прекрасно сыграла свою роль, уйдя к Динеру от Фриза, тем самым выполнив задание советского разведчика. И все же майор подстраховался – свернул в один переулок, затем во второй, вернулся на улицу через третий. Если бы за ним была слежка, то он зашел бы ей сейчас в тыл. Но улица была пуста.
Биккель вышел на Вольгенштрассе, подошел к дому № 4. Из кустов неожиданно появился молодой человек. Биккель машинально выхватил из кобуры «вальтер».
– Не надо стрелять господин майор. Я от Пауля.
Он открыл калитку, майор прошел на крыльцо. В прихожей его встретил часовщик:
– Рад, что вы не пристрелили нашего человека, – он улыбнулся, – проходите в гостиную.
При виде майора Тойер встал.
– Сиди, Ральф, как у нас говорят, в ногах правды нет, рассказывай, что ты хотел сообщить.
– Давайте по порядку. Когда раздался взрыв, я был вне здания.
– Дальше.
– После взрыва сначала обрушилась стена пристройки, потом стена нашего цеха. Понятное дело, я сразу же бросился к пристройке. И увидел там мужчину, который до этого осматривал дополнительный цех, а с ним рабочих в синих комбинезонах. В глубине на стойке стояла интересная вещь. Я запомнил и начертил на листе. Вот.
Биккель взял рисунок. На его лице отразилось крайнее удивление:
– Похоже, Ральф, ты сделал то, что до сих пор не смогла сделать советская разведка.
