Порой казалось, что Полина спекулирует на теме, раздувает ее. Но, повнимательнее присмотревшись, не вижу в ней фальши, которая всегда поблескивает на неискренних губах. Если сам взрыв ее как-то задевал, то стоит отнестись спокойнее и тактичнее, потому что она все-таки так чувствует. Но страх перед работой над программой должен быть оставлен позади. Это мешает делу, мешает работе.
Я вышел из-за стола и сел рядом с ней. Она немного отодвинулась. Я постарался сделать голос глубоким, более доверительным.
— Я понимаю, что тебе страшно. Но лаборатория далеко, ты там не появляешься. Если и есть какой-то незначительный риск, то он очень далеко от тебя. Нечего бояться.
— Пока программа не готова, — сказала Полина. — А когда она будет готова, то будет здесь. Мы будем работать с ней так же, как работаем с любыми другими.
— Но тогда она уже будет не опасней, чем любая другая, — ответил я. — Опасность только в том, что она появится на рынке. Этого кто-то боится и кто-то не желает. Когда «Большой брат» начнет работать, когда его купят и запустят, остановить всех пользователей уже будет невозможно. Те, кому есть что скрывать, начнут спасать свою шкуру, им будет уже не до нас.
Она продолжала сидеть прямо и настороженно, но руки больше не теребили край блузы. Она закрыла глаза и несколько раз вздохнула, позволив мне не тайком, а открыто насладиться ее красотой. Она в самом деле была прекрасна. Пухлые вишневые губы, чувственные и идеальные. Изящная до кончиков пальцев, восхитительная в своей тонкости, Полина представлялась мне не просто высококлассным профессионалом, но и женщиной, которой требовалась защита. Рядом с ней, в эту самую минуту, когда ее глаза закрыты, а грудь беззащитно вздымается, напитывая тело кислородом, я чувствовал себя большим и отважным, я хотел защитить ее от опасностей вокруг.
Но стоило ей открыть глаза и стать прежней Полиной Прекрасной, как нега растаяла. Полина сама кого хочешь защитит, а если надо — раздавит.
И как в такой маленькой женщине вмещаются две такие разные грани? Удивительно.
Все пошло прахом на следующий день. Из временной лаборатории пришел сигнал о помощи. Я в это время еще находился на работе, в Раменках, на часах было начало третьего ночи. Первым делом проверил онлайн-систему: все в порядке. Результаты работы за день сохранены, ничего не утрачено.
Сигнал пришел на мобильный — это была обычная система тревоги на датчиках движения. Судя по всему, кто-то из кодеров забыл, что коллега еще работает, включил сигнализацию и ушел. Я вывел на экран монитора камеры наблюдения в зале, где сидят программисты, и увидел, что так и есть.
За одним из компьютеров работала программер, тогда как система безопасности утверждала, что в помещении никого нет. Я набрал номер телефона временной лаборатории и стал переключать внутренние номера, пока не увидел, что на столе программистки засияло красным. Сейчас она возьмет трубку, я ей все объясню, она воскликнет: «Ой-ой!», и все встанет на свои места.
Но трубку она не брала и даже не посмотрела на мигающий телефон. Наверное, вставила наушники и не слышит, для этого и есть красный световой сигнал; в темноте он заливает весь стол, пропустить невозможно. Программеры временной лаборатории никогда не пользуются светом, предпочитая освещение от клавиатуры и экранный свет. Это плохо для глаз, но мы-то сделали все, что нужно. Кто же виноват, что они не включают верхний свет?
Она по-прежнему не брала трубку.
В мой кабинет влетела Полина. На лице — ужас. В руках телефон с аналогичной картинкой — съемка с камеры видеонаблюдения комнаты во временной лаборатории. Я не знал, что она тоже еще на работе.
— Вы это видите?
— Я ей звоню, — ответил я. — Она не слышит.
— Она не «не слышит», — сказала Полина. — Она игнорирует.
— Что это значит? Она же видит, что звоню я. Видимо, сильно занята. Сейчас закончит и возьмет трубку. Это красное мигание должно ее здорово раздражать. У меня бы началась эпилепсия.
Она приблизилась к моему монитору и всмотрелась.
— Это не наша сотрудница, — сказала она.
Я повесил трубку.
— Что?
— Это посторонний человек, у нас нет девушки с такими волосами.
— Девушка с дредами у нас есть.
— Да, но у нее их значительно меньше, чем у той, что сейчас шарится в компьютере нашего разработчика.
— Полина, ты уверена?
— Абсолютно.
— Звони в охрану, пусть ее задержат.
— Смотрите, она уходит!
И впрямь: девушка за компом встала, начала собирать какие-то вещи, отсоединила жесткий диск от компьютера, сложила в сумку. Когда закончила, то еще раз оглядела стол, а потом посмотрела прямо в камеру и показала большой палец. Лицо ее было не разобрать в темноте, а вот палец гордо торчал во весь экран.
— Какого хрена?! — заорал я. — Полина, ты вызвала охрану?
— Они не берут трубку! Я звоню на все номера!
Я схватил со стола телефон, кошелек и ключи от машины.
— Вызывай полицию, мы едем туда.
— Мне надо забрать сумку, встретимся на парковке!
