Карго улетает, а я остаюсь. Мне нужно немного переварить сегодняшнюю ночь. Стоя здесь на крыше, больше всего мне хотелось вмазать Джасперу, за его пренебрежение, обидные слова, за всю эту идиотскую ситуацию, но бить по маске? Пытаться ударить противника вдвое сильнее себя? Это идиотизм. Нет, если бы он напал, я бы отбивалась, как кошка, которой пытаются впихнуть лекарство, но ни Джаспер, ни его друзья… они ведь ни пальцем ко мне не притронулись. Потому что не поймали или цели такой не было? Почему-то мне не хотелось узнать ответ. Точнее, ответ я бы хотела узнать, но совершенно точно не испытать на собственной шкуре, что было бы, если бы меня поймал не Джаспер.
Джасперу словно противно было ко мне прикасаться. Допускаю, что так и есть, но я не могу отпустить прошлое. Я, действительно, видела Джаспера в ситуации, которая, как мне тогда казалось, очень четко характеризует его, как человека. Беспринципного, жестокого, недостойного гулять на свободе. Я сопоставила увиденное, слова подруги и посчитала правильным рассказать. И вот он здесь. Очень долго я не сомневалась в том, что права. И только последние несколько месяцев начали закрадываться подозрения, что все не так однозначно. Но мне было не до Джаспера. Да и это не отменяло то, что я видела. Просто узнала, что подруга, которой я доверяла, как себе, оказывается, умеет врать.
Врала ли она в ситуации с Джаспером? Сейчас я этого точно не узнаю. Как и не узнаю, Джаспер меня ненавидит, потому что я раскрыла его темную сторону и сдала, или потому что он ни в чем не виноват, но все равно оказался здесь? Наверное, когда я ехала в Даркленд, где-то в глубине души я хотела поговорить с Джаспером и понять, хоть мне было и страшно. Но сейчас, очевидно, он на диалог не настроен. Да и я буду держаться от них подальше. От них ото всех. И первое, что я сделаю с утра пойду к директору или его помощнице. Если эти придурки думают, что я буду молчать, они глубоко ошибаются.
Я вытираю слезы и спускаюсь с маяка. На улице ночь. Лишь над морем, где-то у самого горизонта виднеется едва заметная, блеклая полоска. Скоро рассвет. Наверное, в академию можно попасть каким-то тайным путем, но я про него не знаю, а соваться обратно в стеклянный лабиринт я не готова. Поэтому иду через центральные, закрытые сейчас ворота. Наплевать. Вряд ли меня выкинуть из Дарклэнда за отсутствие ночью на территории. Да и куда? За роман не с «тем» человеком пока еще в тюрьму не сажают. Хотя все равно, неуютно. Страшно вдруг не откроют или за ночные прогулки меня ждет какое-то серьезное наказание, но я зла, устала и замерзла. Не готова коротать на берегу время до утра.
Сонный охранник открывает мне не сразу, но я умею быть настойчивой, поэтому ломлюсь до тех пор пока, не добиваюсь реакции.
— Откуда ты тут ночью? — спрашивает мужчина, немного приоткрыв ворота. Он смотрит на меня подозрительно и ждет объяснений, а вот я после всех ночных событий совершенно точно не настроена на разговор с незнакомым человеком, стерегущим ворота.
— На пробежку ходила, — огрызаюсь я и протискиваюсь мимо опешившего, сонного охранника.
Во дворе тихо, небо уже не черное, а темно-синее, рассвет становится все ближе и уже можно разглядеть очертания лавочек и деревьев без фонарей. Я направляюсь в свою комнату. Хоть туда мне совершенно не хочется, но эта комната моя, и мне все равно, что об этом думает Дебора, я не стану ночевать в коридоре. Возможно, она надеется, что я не приду, но как бы не так!
Моя соседка не спит. Сидит на подоконнике с книгой. Рядом лежит яркое, аппетитное яблоко.
— Ты совсем обнаглела? — воплю я с порога. — Что это еще было?
— Будешь драться? — С каким-то шальным азартом в глазах спрашивает она, и я тушуюсь. Я ждала открытой враждебности, или оправданий, но такая реакция меня удивляет.
— Ты понимаешь, что сделала?
— А что я такого сделала, Дана? — спрашивает она интересом и откладывает книгу, уставившись на меня змеиным, немигающим взглядом, от которого пробирает дрожь.
— Ты пихнула меня в гроб к скелету!
— Это да… — Она мечтательно улыбается. — Это было весело…
— Ты хотела меня отдать насильникам! — продолжаю я список претензий, но сейчас моя соседка меняется в лице.
— Ты в своем уме? — Дебора смотрит на меня, как на идиотку. — С чего такие выводы? Тебя хоть кто-то тронул пальцем?
— Меня не поймали… — Я немного тушуюсь. Я совсем иначе представляла себе наш разговор. — А Джаспер сказал, что ему противно меня…
— Из этого ты сделала вывод, что все остальные сочтут за счастье? — презрительно фыркнула она, и почему-то щеки опалило краской стыда. — Ты больная Дана, больше, чем все мы, вместе взятые!
— То ты сказала… что лучше попасться Джасперу.
— Да. — Она пожала плечами. — Именно он просил устроить тебе встречу… у него с тобой счеты. Все остальным на тебя насрать.
— Но ты опоила меня! Ты пугала меня… — потрясенно перечисляю я. — Такое поведение не похоже на наплевательское.
— Мне не безразличен Джаспер. Пойми мир не крутиться вокруг тебя. Особенно тут. Мне действительно наплевать на тебя, и не наплевать на него. Вот и все.
