— Не отрицай очевидное, я не слепой. Несмотря на всю мою неприязнь к подобным тебе алчным, наглым карьеристкам, готовым идти по головам, я поставил тебе объективную оценку. Нужно было снять корону с головы и нормально заниматься. На экзамене ты хотела выкрутиться за счет парней — не получилось. Я оценивал каждого, отдельно. То, что ты показала на экзамене — это уровень первого курса. Вот и получи соответствующую оценку. Не довольна, можешь оспорить мою оценку. Собери комиссию, пересмотрите видео, весь экзамен был записан. Я все сказал. Константин Сергеевич, жду в машине, выходите.
Холод вышел. Я чувствовала, как стучало в висках и как от гнева начало гореть мое лицо. Константин Сергеевич сидел молча, уставившись в пол, и покусывая трубку. Стыд и ужас, которые обрушились на меня, лишили меня речи. Я не знала что сказать. Для меня было важно мнение Добровольского и выглядеть в его глазах алчной карьеристкой было для меня подобным смерти. Он был мне дорог. Мне хотелось кричать во все горло, что все это неправда, что меня оболгали, хотелось доказать и показать всем, что я совершенно другой человек.
— Он не прав. Я не такая, — это единственное, что я смогла сказать Добровольскому.
Как бы я не распалялась, мне здесь никто не поверит. Мое слово против слова Холода. С чего он так на меня обозлился? Что я ему сделала? Сначала найду Дениса, потом со всем разберусь.
Я выбежала из мастерской и побежала в столовую. Каждый экзамен наши ребята отмечали в столовой, отличники скидывались и покупали на всех сладкие коржики и по стакану компота. В столовой я нашла Дениса, схватила его за руку и, вытащив из-за стола, отвела в сторону.
— Ты оплатил мое обучение? Уже? А как же наше пари? Так не честно! — накинулась я на него.
— Кто тебе сказал? — удивился Денис, и немного подумав, предположил: — Холод?
— Он сейчас такое перед Добровольским устроил! Объясни, почему ты оплатил обучение, не дождавшись экзамена? А если я получу иную оценку?
— Во-первых, я в тебе уверен. Во-вторых, что сделано, то сделано. Когда я пришел вносить деньги за твое обучение, в деканате был Холод. Подписывал какие-то бумаги. Я объяснил ситуацию, сказал, что хочу помочь подруге, что у меня есть деньги, но попросил оставить все в тайне. Меня заставили написать расписку, что деньги вношу по своей воле и все такое. Может уже расскажешь, что у тебя с ним?
— С кем?
— С Дмитрием. Анатольевичем.
— Денис?! Между нами ничего нет. Если б было, ты бы узнал об этом первым. Он просто по какой-то причине взъелся на меня.
— Как знаешь, — отмахнулся Денис, явно не веря моим словам.
— Не хмурься, лучше подскажи, у нашего режиссера есть племянник?
Про племянника Денис ничего не знал, а мне нужно было понять вокруг кого я, по мнению Холода, трусь. На заключительных репетициях мюзикла я приглядывалась к ребятам, наблюдала за парнями. Мне приходилось общаться со всеми, все таки в одном представлении участвуем, иногда возникают вопросы технического характера. Чаще я общалась с Марком и это было больше, чем просто общение по рабочим вопросам. Мне было с ним легко и интересно. Он меня понимал, я немного понимала его. Спросить в лоб у него про режиссерского племянника я не решалась, мне было неудобно. Холод на репетициях не появлялся. Зато он появился на премьере. Сопровождал за кулисами ребят с первого состава и на другой день пришел помогать нам, второму составу.
— Вчера был аншлаг, сегодня меньше народу, — я подглядывала в зал из-за кулис.
— Конечно, кто захочет два раза подряд смотреть одно и тоже, — возмущенно согласилась со мной девушка из массовки.
— Только настоящий ценитель искусства, — вмешался Марк. — Умные люди понимают, что каждый артист по-своему раскрывает персонажа, передает эмоции. Не будет двух одинаковых Эсмеральд. Сегодня не будет так, как вчера.
— Творческий! Он пришел! Он здесь, — я заметила в зале задумчивого мужчину с аккуратной бородой.
— Кто? — спросил Марк.
— Это мой преподаватель.
— Уверен, ему понравится. Волнуешься?
— Конечно! А ты?
— Есть такое.
— С твоим голосом можно вообще ни о чем не волноваться, — подбодрила я парня.
— Все готовы? — за кулисами показался Холод. — Начинаем.
Началось представление. Я стояла за кулисами и нервно ожидала своего выхода. Меня бил легкий озноб и немного тряслись коленки. Несколько раз я прокручивала в голове самые сложные фразы на французском и очередной раз удивилась своей способности быстро запоминать большие объемы текста даже на иностранном языке.
На сцену вышел Марк и начал исполнять свою партию. Близился мой черед. Кто-то из девчонок с массовки попросил меня перенести с одной стороны кулис на другую бутылки с водой, чтобы артисты могли во время утолить жажду. Я согласилась и осторожна пошла по темному узкому проходу между стеной и украшенным декорациями задником. Я дошла до середины пути и услышала, как передо мной что-то громко упало и звякнуло, облив меня плотной липкой жидкостью. Я быстро перешагнула через непонятный предмет и дошла до кулис. Ребята встретили меня испуганными глазами.
— Что случилось? — подбежала ко мне девушка.
