Поскольку погода была отличная, утро, дневная жара ещё не началась, а вокруг лес и лёгкий ветерок, то я решил поговорить тут. Неподалёку рядом лежали два больших выворотня, вот мы и уселись на них друг напротив друга и генерал Севастьянов начал.
— Ты капитан на меня не обижайся, думаю на моём месте ты тоже поступил бы точно также, попытался подмять под себя подвернувшееся подразделение. Но что было, то было, давай забудем это и начнём отношения с нового листа, ведь в итоге мы с тобой одно дело делаем.
— Да я товарищ генерал не против, вы главное в мои распоряжения не лезьте и всё будет хорошо, надеюсь вы уже сами убедились, что я знаю, что делаю.
— Да уже убедился, и хочу попросить тебя мне помочь. Ты сам уже видел, что у меня с тяжёлым вооружением. Новое я не получу, его просто нет, а воевать надо. Это мне просто повезло сейчас, что твой батальон имеет достаточно тяжёлого вооружения, и ты выбил вчера технику немцев.
— Ну пока я тут, можете на меня рассчитывать.
— Спасибо конечно, но я о другом. Пока я не смогу получить наше вооружение, я хотел попросить тебя помочь мне достать хотя бы трофейные орудия. Пускай хоть они будут, всё же не с голой задницей немецкие танки встречать. У тебя я смотрю уже достаточно большой опыт по добыче немецкого вооружения, вон уже второй трофейный гаубичный полк к нам пригнал, надеюсь две — три батареи противотанковых пушек не будет большой проблемой.
— Не будет товарищ генерал, знаете, я как раз хотел сегодня ночью устроить очередную вылазку к противнику, причём думал просить вас о помощи, это что бы больше немцев можно было ночью вырезать.
— Считай, что я согласен, планы согласовывать надо?
— Конечно, когда и где вы двинетесь.
— Когда?
— Тянуть не будем, через пару часов можно, вас это устроит?
— Вполне.
Через два часа мы собрались в моей штабной палатке у расстеленной карты. Севастьянов пришел со своим начальником штаба, начальником разведки, начальником политотдела и обоими командирами полков. Я уже прикидывал, как буду действовать ночью, вот и рассказал это присутствующим с пояснениями на карте, хотя честно говоря карта была и не особо нужна. К моему большому удивлению возражений от Севастьянова и его командиров не последовало, лишь уточнения по нашим действиям. Я ведь не расписывал им всё от и до, а просто обрисовал общий план действий, думаю, что встречу его в штыки. Всё же мы были слишком разные, я не говорю, что они были тупые, просто зашоренные, опираясь на опыт Первой Мировой Войны и последовавшей ей Гражданской, а сейчас всё было совсем по другому. Мне, опираясь на своё послезнание прошедших войн, хотя я даже не был профессиональным военным, ну да, отслужил в ВДВ и даже стал сержантом, но командовал всего отделением, но даже этого вполне хватало, так как я знал главное — тенденцию развития военного дела. Вот я и ожидал сопротивления от них, тем более все знали, что совсем недавно я был Ванькой-взводным, простым лейтенантом, но видимо до них всё же дошло. Раз я смог собрать себе механизированный отряд, который лишь немного не дотягивал до полка, а главное очень успешно громить противника, чего у них при всех их стараниях не получалось, то понимаю что делаю. Именно поэтому все вопросы были по существу, Севастьянов со своими командирами уточнял порядок наших действий, так как в предстоящей операции именно от согласованности и слаженности наших действий зависело очень многое. Честно говоря меня это очень обрадовало, в конце концов у меня не было цели конфликтовать с Севастьяновым или всем своим видом показывать, что они дураки и лишь один я такой умный — разумный. Таким образом, решив ковать железо пока оно горячо, я решил поговорить с Севастьяновым по душам. Хотя начало наших отношений вышло плохим, это из-за его наезда на меня с целью подмять мой батальон под себя, но сейчас они похоже выправлялись и я решил немного подсластить Севастьянову пилюлю.
— Товарищ генерал, можно вас ненадолго? — Спросил я его, когда совещание окончилось и командиры стали расходится.
— Да, конечно, что вы хотели?
— Товарищ генерал, вы только не обижайтесь, но вы просто не готовы к начавшейся войне. Подождите, — Поспешил я объяснится, когда увидел, что Севастьянов хочет мне возразить. — Я смотрю товарищ генерал, что вы похоже всю жизнь в армии.
— Начинал ещё в империалистическую.
— Не думаю, что вы были офицером, если только прапорщиком военного времени.
— Всё верно, начинал рядовым, затем стал унтером и под конец школа прапорщиков, а затем Гражданская, а что?
