— Прямо сейчас это не так уж смешно. Это не должно было касаться больше никого. Только меня.
— У тебя в роду случайно не было камикадзе? — Вильгельм припомнил забавное слово, которое Дария однажды объяснила ему еще там, в Раю. Кажется, оно пришлось в самую суть диалога.
Том смотрел на Билла, но тот казался решительным, явно не собираясь двигаться ни влево, ни вправо.
— Билл, зачем все это усложнять. Просто отойди, и все. Пожалуйста, — тихо проговорил Том.
Глядя на него, Ангел начал понимать, что парня, кажется, просто заклинило от страха. Несмотря на мнимую осознанность, Том смотрел в одну точку, произнося слова и двигаясь, скорее, на автопилоте. Ангелу совершенно не нравилось, как быстро этот смертный опустил руки, готовый сдаться отродьям Ада просто так, даже не разобравшись в ситуации. Черты человека вдруг стали непривычно мягкими, а взгляд — отрешенным, глаза его начали затухать, они блуждали по пространству без фокуса. Том вряд ли видел, что происходит на самом деле. Он опустил руки по швам, словно ожидая удара. Билл теперь вспомнил почему-то, что Дария говорила: при приближении Демонов смертные могли впадать в транс и беспричинный ужас. Кажется, настал тот момент, а Ангел тихо выругался.
— Я не отойду. Сам отходи. Я попробую их задержать.
С этими словами Билл схватил швабру и воткнул ее в ручку так, чтобы она заблокировала дверь. Конечно, это была слабая защита, но ненадолго это должно приостановить погоню.
Тем временем Том как-то странно дернулся и начал медленно пятиться к противоположной стенке, глядя на Билла, будто на привидение. Ангел облегченно вздохнул: пассивно-суицидальный настрой, к счастью, стух у парня на подлете.
Пока смертный справлялся с собой, Ангел пытался соображать. Как, ну вот как теперь спастись из этой переделки? Ведь в том, что Амулет пришлось активировать, была и его часть вины тоже, не сбеги он, Тому не пришлось бы жертвовать собой, чтобы его найти, и все Демоны города не собирались бы сейчас в кофейне, желая утащить его с собой, целого или по кусочкам. Смертный, жертвовавший своей жизнью ради бессмертного. Нарочно не придумать подобную глупость!
Сама мысль о том, что все это может кончиться сейчас, вот так глупо и плохо, разрывала Вильгельма на части. Он бы дорого отдал, чтобы знать, что делать и как спасти этого глупого пацана, упертого, как сто ослов, и прямолинейного, как трамвай.
А Том все пятился и пятился назад, пока спиной не уперся в стену. Он сполз по ней, бледный и напуганный, и обнял коленки, поджав их к груди. От этого зрелища сердце Ангела облилось кровью. За эти два дня, проведенные на земле, Том стал ему ближе, чем кто-либо другой, почему они не могли побыть вместе чуть дольше? Ведь это не так много, чтобы попросить этого у высших сил! Другое дело, что Высшие силы не хотели и видеть своего племянника, следовательно, на их помощь рассчитывать тоже не приходилось, но именно в эти мгновения подобная ситуация показалась Биллу особенно несправедливой.
Ангел подумал о своей вечности, о холодном Дворце. Вес прошлого терялся, потому что Билл почти не помнил свою прежнюю жизнь, он вдруг осознал с ужасающей четкостью, что знал теперь эту, земную жизнь и именно за нее он отвечал, и именно ее он должен был спасти, потому что никакой Давид, никакой Дворец, ни весь Рай не смогли бы стать для Вильгельма чем-то столь же дорогим.
Внезапно Билл едва не закричал от осенившей его мысли. Конечно, ведь Давид не оставил его совсем без помощи! Как он сразу не сообразил? В его кармане, все еще не использованный, лежал тот самый свисток. Эта мысль была так неожиданна и так проста, что буквально пронзила парня сотнями игл. Билл мысленно обругал себя за тугодумие. Его руки тряслись, когда он лез в карман, чтобы нашарить там холодный металл. Конечно, это значило, что Демоны тоже услышат свист, и тогда их появление ждать себя не заставит, но это был единственный шанс.
Ангел стиснул крошечный предмет в кулаке. Приложив свисток к губам, он дунул что было сил, и тогда оглушительный звук разнесся по всему дворику. Это случилось настолько резко, что Том, в это время аутично покачивавшийся у стены, поднял голову от удивления. Свист немного встряхнул его, выкинув из состояния оцепенения. Во взгляде парня даже появилось что-то, похожее на вменяемость, и он во все глаза уставился на Билла.
Еще один оглушительный свист пронзил воздух.
— Ну же, — Вильгельм задрал голову, вглядываясь в голубое небо.
Солнце слепило глаза, но это было единственное, что он мог видеть — ничто больше не нарушало покой яркого, светлого небосклона. Ни шума огромных крыльев, привычно извещавший о приближении Ангелов, ни их белоснежных одеяний, развевавшихся на ветру — ничего.
Билл свистнул еще раз.
Результат все тот же — идеальная тишина. Всего лишь какая-то птица спорхнула с крыши одного из домов и улетела прочь, уносясь в безоблачную высь.
