Звезда, такая яркая и огромная, постепенно заполнила светом все пространство. Ангел моргнул, попятившись от подоконника, и в следующую секунду увидел, что он в комнате он уже не один. Перед ним стоял один из Стражей, со светло-русыми, гладкими и блестящими волосами до плеч, заостренным носом и абсолютно ледяными голубыми глазами.
— Рафаэль, – понятливо кивнул Вильгельм.
Высший Воин света не просто так спустился к нему.
— Привет, Вильгельм. – Рафаэль тонко улыбнулся.— Давно не виделись!
— Да уж и я явно не думал, что увидимся вот так, — Вильгельм растерянно хлопнул себя по нелепым черным штанам.
Рафаэль окинул бывшего Ангела с ног до головы. Он был всего на пару столетий старше Вильгельма, немного ниже его ростом, но держался так, будто его как минимум избрали вершить судьбу мира.
— Что, у Давида уже совсем кончилась фантазия, что он подсылает ко мне Стражей твоего ранга? Ты-то как в это впутался? — Вильгельм вернул самообладание. Глаза его сузились до размеров тонких щелочек.
— Очень иронично, – каменное лицо Рафаэля не менялось. — Мне отдали приказ, Вильгельм. И я его выполняю.
Ангел закатил глаза. Светлокрылые воины присматривают нынче за младшими сотрудниками Канцелярии. Райским попугаям на смех.
Рафаэль был воином-Стражем особого подразделения, только они могли пребывать на земле столько, сколько им вздумается, и такие, как он, обычно отвечали за все то, что происходило в мире людей. Чтобы стать таким, как он, нужно соблюдать уйму диких правил и иметь такой закаленный характер, что Вильгельм ежился при одной только мысли, как все это помещалось всего в одной светлой Ангельской голове.
— Рафаэль, отнеси меня назад. Ты ведь знаешь дорогу! Мне надо поговорить с этой свиньей Давидом. Он сделал очень большую ошибку! — сказал Билл, устало прочесывая темные волосы.
— Не могу. Его Превосходительство дал тебе съесть яблоко — так просто теперь туда не вернешься. Он вернет тебя сам, когда решит отдать обратно твои крылья. Я не могу нарушать приказ верховного Апостола, я отнесу тебя в Эдем тогда, когда получу от него приказание, — Рафаэль спокойно склонил голову набок.
— Он приказал не пускать меня обратно? — Вильгельм задохнулся от возмущения.
— Нет. Но и обратного он тоже не говорил.
— Просто прекрасно. Искоренил меня, как какую-то плесень? Сам бы сюда спустился и посмотрел мне в глаза, супостат!
— Его Превосходительство ничего никому не должен. Для этого у него есть мы, Стража Дворца!
— Конечно он не должен! Потому что руки не хочет марать!
Рафаэль стоял перед младшим Ангелом, не поддерживая тираду. Его чувство собственной важности буквально сбивало Вильгельма с ног, и младший Ангел возблагодарил свою выдержку за то, что его нервы отличались особой крепостью. Он с достоинством выдержал дуэль взглядов.
Рафаэль не стал вступать в перепалку, вместо этого он порылся в складках своих одежд и извлек на свет какой-то сверток, протянув его Вильгельму.
— Вот. Это тебе. На случай, если понадобится помощь. Я сейчас временно буду неподалеку, и ты, если что-то случится, сможешь меня позвать.
Вильгельм показательно кинул сверток на пол.
— Передай Давиду, если увидишь, чтоб он подавился своими подачками. Вот прямо так и скажи.
Рафаэль безразлично опустил глаза.
— Ты не провел и получаса в этом мире, а уже ведешь себя, как представитель Низших. Будь осторожен, мальчик. Ты навлечешь на себя много бед. В том свертке есть кое-что для тебя. А мне, увы, пора идти.
Страж сверкнул огромными серебристыми крыльями. Миг и он исчез так же быстро, как появился.
— Будь осторожен. — Билл зло пнул сверток. — Вашими молитвами! Как же я вас всех ненавижу, я рад, рад, что все получилось так!
Он сел на диван и зажал голову ладонями.
— Хоть не увижу ваши постные рожи несколько дней. А лучше недель. А лучше всегда! — прокричал он в пустоту.
Сидя тут, Вильгельм чувствовал себя как никогда глупо и гадко. Визит Рафаэля совсем не обнадежил его, а мысли так и продолжали бешено скакать в голове. Тот парень, Том, сказал «большая стрелка и маленькая на двенадцати». А сейчас маленькая едва указывала на одиннадцать.
Билл разгневанно уставился на несчастный сверток. Он потянулся и все-таки осторожно развязал золотую тесемку, раскрутив подарочек из Рая. Осторожно держа его двумя пальцами, как что-то заразное, он заглянул внутрь. Оказалось, что содержимое пакета завернуто в письмо, и как только Билл раскрыл помятую бумажку, из нее с хрустом выпало несколько неизвестных листов бумаги с непонятными обозначениями разного цвета, какой-то маленький флакончик и свисток.
Ангел презрительно вчитался в написанное таким знакомым, острым, с чрезмерным количеством завитушек, почерком:
Дорогой Вильгельм,
К сожалению, у меня не было выбора. Ты поставил всех нас в трудную ситуацию, как никогда не вовремя.
Я обещаю, я верну тебя назад, но на это потребуется время.
Твоя мама прилетела сразу после твоего ухода, она волнуется и шлет тебе поцелуй на счастье.
Пойми меня правильно.
