Мы выслали тебе вещи, которые могут пригодиться — святая вода, от нечисти. Свисток, если тебе нужна помощь, и немного людских денег, которых тебе должно хватить.
Не пытайся попасть к нам, все, что нужно, передавай с Рафаэлем. Также, если что-то нужно, можешь позвать купидона-почтовика.
Мы скоро встретимся с тобой, обещаю.
Твой дядя,
Давид.
— Горю от нетерпения. От нечисти, говоришь. – Билл скомкал и изорвал в клочки письмо. — Первым же делом полью тебя, сразу как увижу. Хотя ради такого, может, стоит попросить Дарию раздобыть немного адской кислоты?
Вильгельм походил по комнате, нашел кусочек бумажки, пишущее средство и принялся строчить ответ, низко склонившись над столом. Это не заняло у него много времени. Дописав, он подобрал свисток, который нашел в конверте и оглушительно свистнул, подождав пять минут. Он довольно быстро услышал шум маленьких крыльев снаружи. На подоконнике с той стороны сидел маленький пухлый купидон.
— К его сучьему Превосходительству, Давиду, — Билл вручил пухлому младенцу письмо.
Тот недобро покосился на своего бывшего тирана, пискнул что-то сердитое и моментально исчез.
Младший Ангел еще долго вглядывался в ночь. Но больше ничего не происходило, никто не собирался являться за ним и помогать ему с вопросом о том, что нужно делать теперь. Похоже, впервые в жизни они все услышали его и оставили, наконец, в покое.
— Ладно, я разберусь с этим. Я со всем разберусь, — Вильгельм устало прислонился лбом к оконной раме и прикрыл глаза.
На самом деле он не верил сам себе. Но какой у него остался выбор?
====== Глава 6. Отягчающие обстоятельства ======
Дария перемахнула через высоченный забор Эдема с искренними надеждами на то, что у Вильгельма не возникнет никаких проблем после ее ухода.
Легкой трусцой она припустила по направлению к лесу, туда, где простирались бескрайние просторы Вышнего мира. Демоница была совершенно спокойна и знала, что не встретит никого на своем пути — в этом, да и в Нижнем пространстве вряд ли нашлось бы еще хоть какое-то существо, которое знало, как пересечь границу двух враждующих царств незамеченным, так что в этом направлении редко кто-то ходил.
Этот секрет Дарии поведала ее бабка, Демоница Изабелла, которая однажды собирала разные травы вдоль Адской расщелины и случайно провалилась в нее. Изабелле немедленно настал бы конец, не выкрикни она тогда случайно запретные и немыслимые для любого Демона слова. Этими словами была лишь одна фраза: «Боже милостивый!»
К счастью для Изабеллы, которая родилась смертной, ей иногда вспоминались вещи из дней, прошедших столетия назад; они возвращались к ней лишь в самые неожиданные моменты. Вот и тогда ей не пришло в голову ничего другого, кроме как в последний раз призвать на помощь Всевышнего, к которому она так привыкла обращаться, когда сама была еще смертной маленькой девочкой.
Когда она отняла руки от лица, то поняла, что уже не летит с огромной скоростью во тьму пропасти, а стоит на твердой земле. Вокруг нее сверкал изумительно яркий свет, пели птицы, распростерлись зеленая трава и бездонное голубое небо, такое чистое и кристально прекрасное, какого она не видела никогда даже в мире смертных. Вокруг не оказалось ни души. Изабелла удивленно озиралась вокруг, не сразу поняв, как она очутилась здесь. Но затем осознание медленно пришло к ней, и она догадалась, что внезапно попала в Рай, а путь туда лежал именно через эту пропасть. Кто узнал бы об этом, догадавшись выкрикнуть молитву в последний момент их мелькающей перед глазами, как кадры старой кинопленки, жизни?
Дарии, как и ее бабушке, всегда помогала бегущая в их венах человечность. Ни она, ни ее давно почившая родственница никогда не рассказывали этот секрет, предавая его лишь из поколения в поколение и охраняя его как зеницу ока от посторонних ушей и глаз.
Пользоваться им Дарии приходилось довольно часто.
Поблагодарив про себя бабушку в который раз, Фурия распрямила огромные черные кожистые крылья и легко перемахнула над макушками деревьев огромного леса. Златоглавый Дворец с его острыми шпилями и благоухающими садами теперь остался позади, и ей не нужно было опасаться, что ее мог кто-то увидеть оттуда, потому она парила на высоте птичьего полета, загребая воздух мощными крыльями и с наслаждением чувствуя, как ветер играет в ее волосах. Она даже позволила себе немного свободы и сделала в воздухе сальто, с радостью вдыхая полной грудью свежий воздух, которым она могла насладиться, пожалуй, только тут. В Аду эта радость отсутствовала — там витали отвратные ядовитые газы, дым и пепел от костров, на которых поджаривали несчастных. А здесь воздух всегда оставался свежим и кристально чистым.
Этим Дарии отчасти и нравилось в Раю, хотя в целом она, так же, как и Вильгельм, считала, что тут невозможно жить. Единственной причиной ее появления было желание спокойствия, когда хотелось привести в порядок буйные мысли. Тогда она тихонько прокрадывалась к пропасти, проговаривала заветные слова и оказывалась на другом краю мира, прячась в Нескучном лесу где-нибудь в ветвях больших тенистых деревьев.
