Мобуту создал Коллегию комиссаров для выполнения функций правительства. В этот совет вошли выпускники конголезских университетов и студенты последних курсов лованских и зарубежных вузов. Джастин Бомбоко был назначен его президентом, Альберт Нделе - вице-президентом, а Виктор Нендака - начальником полиции безопасности - страшной Национальной полиции. Всех троих финансировало ЦРУ. Как и Касавубу, которого оставили на посту президента; он подписал указ, "узаконивший" диктатуру Мобуту.
Мобуту закрыл советское и чешское посольства и приказал всем советским и чешским дипломатам и техническим специалистам покинуть Конго в течение сорока восьми часов. Это был волнующий момент", - вспоминает Девлин в своих мемуарах. Наши усилия по устранению Лумумбы и предотвращению установления контроля Советского Союза над Конго наконец-то принесли плоды".
На следующий день Лумумба укрылся в офицерской столовой в Гане. Он попросил ООН о защите, и Раджешвар Даял, индийский дипломат, прибывший в Конго 5 сентября 1960 года, чтобы сменить Ральфа Бунче на посту специального представителя Хаммаршельда, немедленно откликнулся. Он договорился с ганскими войсками, чтобы они вывели Лумумбу из лагеря в сумерках и доставили его домой в целости и сохранности.
Когда Мобуту объявил о перевороте по радио, Девлин и Андре Блуэн находились в доме Элисон "Талли" Палмер, американского вице-консула, в ее многоквартирном доме с видом на реку Конго. "Вскоре после прибытия, - записал Девлин, - Андре Блуэн, гламурная и красивая начальница протокола премьер-министра, получила телефонный звонок и в спешке уехала".
Блуэн была опустошена. "Дни, последовавшие за захватом власти Мобуту, - рассказывала она позже, - были похожи на современный апокалипсис. Конго находилось на грани безумия. Касавубу хотя бы делал вид, что соблюдает конституционные законы, разработанные бельгийскими юристами. Мобуту не делал таких притязаний. Демократия была полностью свергнута и заменена военной диктатурой". Парламент был закрыт по приказу Мобуту и строго охранялся солдатами.
По словам Блуина, для Лумумбы переворот Мобуту стал началом его пути на каторгу. С этого момента "заговоры против него осуществлялись открыто". Каждый день Касавубу переправлялся через реку в Браззавиль, чтобы посоветоваться с Юлу и бельгийским посольством по поводу решений для молодой республики". Каждый день в течение нескольких часов Радио-Конго передавало из Браззавиля "самые гнусные клеветнические измышления против нас".
На пресс-конференции, состоявшейся утром в день переворота, Бомбоко объявил о высылке ганского, гвинейского и египетского контингентов Командования ООН. Среди лиц, получивших приказ о высылке, была и Андре Блуин; когда ее мать, Жозефина, услышала эту новость по радио, у нее случился сердечный приступ. Блуин умоляла Мобуту по телефону дать ей еще время. Ей дали всего сорок восемь часов.
Феликс-Ролан Мумье был депортирован в Гану. По прибытии он встретился с Фаноном, который в то время находился в Аккре, и вместе они отправились на встречу с Нкрумой; президент попросил Мумье написать отчет о том, чему он был свидетелем в Конго. 1 октября Фанон и Мумье отправились из Ганы в Рим. Оттуда Фанон отправился в Каир, а Мумье - в Женеву. Через несколько недель после приезда Мумье был отравлен агентом SDECE, французской службы внешней разведки, который подсыпал таллий в его напиток во время ужина в ресторане. Тридцатичетырехлетний мужчина мучился в больнице в течение двух недель и в конце концов умер 3 ноября 1960 года.
В БРЮССЕЛЬЕ АМБАССАДОР БУРДЕН приветствовал захват власти Мобуту. Мир наступал медленно, по мере того как власть Лумумбы ослабевала", - с удовлетворением писал он в своих мемуарах. Наконец, переворот, совершенный Касавубу и полковником Мобуту, привел к консолидации".
Но некоторые американцы в Конго сомневались в Мобуту. Кажется, мы с Ларри Девлином встречались с Мобуту вскоре после его прихода к власти", - вспоминал Фрэнк Карлуччи много лет спустя, когда Мобуту уже несколько десятилетий был президентом Конго. Я вышел оттуда со словами: "Ларри, этот парень не продержится и 10 дней!"". Карлуччи добавил с издевкой: "Это показывает, насколько хорошим политическим лидером-аналитиком я был".
17 сентября Лумумба написал Нкруме письмо, в котором сообщил о своих планах перенести парламент и правительство в Стэнливиль. Гизенга уже был там вместе с некоторыми другими министрами законного правительства. Лумумба завершил свое послание выражением нового доверия и лояльности. "Вы можете положиться на меня, - сказал он Нкруме, - а я - на вас. Сегодня мы едины, и наши страны едины".
Глава 20. Ядовитый заговор
С политической точки зрения Лумумба "был мертв", опасался его друг и шеф протокола Андре Блуэн. Невидимые руки душили его, и эти невидимые руки приходили издалека. Очень издалека". Блуэн была права, но только до определенного момента. Она не знала, что эти невидимые руки не просто хотели политической смерти Лумумбы - они также планировали его физическую смерть.
