Было проведено поименное голосование по предложению Куайсона-Сакки о перерыве. Западные державы и их сторонники проголосовали против, и восемнадцать человек воздержались. Но его предложение по порядку ведения заседания было принято - сорок восемь голосов против тридцати.
США были встревожены. Во-первых, существовал риск того, что Согласительной комиссии дадут шанс выполнить свою работу, а если это произойдет, то она обязательно выступит за примирение Касавубу и Лумумбы. Во-вторых, принятие предложения могло подорвать план по скорейшей аккредитации делегации Касавубу.
Как правило, Комитет по проверке полномочий собирался в конце сессии, но США настаивали на проведении заседания в течение нескольких дней. Оно состоялось, и США предложили комитету принять полномочия делегации Касавубу, что было принято шестью голосами против одного. Комитет представил рекомендацию Генеральной Ассамблее 10 ноября.
Генеральная Ассамблея уже приняла решение о прекращении дискуссии на основании большинства голосов. Поэтому, когда ассамблее было предложено принять рекомендацию Комитета по проверке полномочий, против этого предложения решительно выступил Куайсон-Сакки по порядку ведения заседания при поддержке Индии. Председатель ассамблеи поставил на голосование вопрос о перерыве. Но было очевидно, что многие делегации поменяли свои голоса после предыдущих дебатов. Ситуация изменилась.
В коридорах и залах заседаний было общеизвестно, - пишет Даял, - что на страны оказывалось сильнейшее давление, чтобы заставить их изменить свои голоса - если не убеждения - с "за" на "против" и с "за" на "против".
Значительную долю ответственности за аккредитацию Касавубу и смещение Лумумбы взял на себя Говард Имбри - агент ЦРУ под неофициальным прикрытием, оказывавший мощное влияние в Конго в пользу американских интересов. Сейчас Имбри находился в Нью-Йорке, в штаб-квартире своей конторы по связям с общественностью Overseas Regional Surveys Associates, расположенной всего в нескольких минутах ходьбы от здания ООН.
В интервью Чарльзу Стюарту Кеннеди в 2001 году Имбри рассказывал об успехе своего лоббирования:
Между президентом Касавубу и Лумумбой произошла ссора. Лумумба был премьер-министром, Касавубу - президентом. Каждый из них мог добиваться делегации в Организации Объединенных Наций, но делегация могла быть только одна; они оба имели право добиваться ее.
Мы полагали, что если Касавубу представит свою делегацию в ООН, то она будет проамериканской, а если Лумумба представит свою, то Бог знает, какой она будет.
Итак, посол Тимберлейк, мой очень хороший друг... знал, что у меня есть отдел по связям с общественностью, и спросил, не возьмусь ли я за работу с Касавубу, которую мне оплатит моя организация, а расходы будут покрыты.
Я согласился, и они прислали Касавубу, и, немного поработав, мы провели Касавубу в Организацию Объединенных Наций и рассадили его делегацию.
Кеннеди спросил Имбри: "Как вы решаете такие задачи? Имбри объяснил: "Ну, мы знали людей в делегациях, и на нашей стороне было Марокко и ряд тяжелых игроков, Франция, Англия. Просто нужно было объяснить, что они поддержали делегацию Конго под руководством Касавубу, а мы провозгласили некоммунистические делегации, и, во всяком случае, мы его приняли. Затем Касавубу отправился домой".
В своем интервью, взятом несколькими месяцами ранее у ученика средней школы, Имбри описывал этот процесс менее формально. Работая с Клэр Тимберлейк, вспоминал он, "с помощью ряда операций нам удалось... э-э-э... это слово - nobble, затруднить, создать трудности для Лумумбы и продвинуть дело Касавубу". В конце концов Касавубу назвал свою делегацию в Организации Объединенных Наций. Так что именно этим я и занимался долгое время".
Лоббирование интересов США происходило не только в Нью-Йорке, но и в городах стран-членов. Фрэнсис Х Рассел, назначенный послом США в Гане в январе 1961 года, рассказал, как это работает. Когда вы хотите оказать влияние, - сказал он, - вы делаете это как друг, у которого есть деньги в банке, тот, кто обсуждал всевозможные проблемы, кто создавал впечатление, что он точно передаст Вашингтону то, что они думают о той или иной проблеме. Если в Организации Объединенных Наций поднимался какой-то вопрос, мы всегда давали им понять, как мы собираемся голосовать, а на самом деле мы надеялись, что они будут голосовать".
С Нкрумой это не сработало. "Что ж, - с сожалением сказал Рассел, - я так и не смог успешно повлиять на Нкруму". А по такому вопросу, как Конго, - добавил он, - Нкрума всегда и везде был африканским радикалом".
Индийский делегат предпринял последнюю попытку добиться отсрочки дебатов по вопросу об аккредитации конголезской делегации, но она была отклонена президентом Генеральной Ассамблеи. Была представлена рекомендация Касавубу Комитетом по проверке полномочий, что вызвало шестидневные дебаты.
