Вечером того же дня Канза получил телефонный звонок от советника Эйзенхауэра. "Послушайте, мистер Канза, - сказал он. Извините, передайте вашему премьер-министру, что президент предпочитает пойти поиграть в гольф, а не встретиться с Лумумбой".
2 АВГУСТА 1960 года Лумумба покинул США, чтобы вернуться на родину. Это был его первый визит в США - страну, которой он восхищался и о которой говорил с таким энтузиазмом благодаря ее победе над колонизацией и достижению самоопределения. Он надеялся, что американцы станут естественными союзниками конголезцев в их собственной борьбе за свободу. Но он был глубоко разочарован: визит подтвердил отказ правительства США помочь прекратить бельгийское военное присутствие в Конго.
Не чувствуя поддержки, он подвергался все большей критике со стороны американских СМИ, которые теперь указывали на то, что для полета в США он использовал советский самолет "Ильюшин". Это означало, по их мнению, что он коммунист.
На самом деле конголезский премьер-министр обратился в Госдепартамент США с просьбой о предоставлении официального самолета; просьба была одобрена послом Тимберлейком, а также Ральфом Бунче от имени ООН. Но в итоге в просьбе было отказано. Заместитель государственного секретаря по политическим вопросам Ливингстон Т. Мерчант сообщил госсекретарю Гертеру в телефонном разговоре 21 июля, что, по его мнению, "нам это ни к чему, и нам было бы выгоднее, если бы он прилетел на советском самолете". В меморандуме об этом разговоре не объясняется природа этого преимущества, но, предположительно, оно заключалось в том впечатлении, которое произведет на Лумумбу просоветская позиция.
Поводом для разговора послужил состоявшийся ранее телефонный разговор между послом Берденом в Брюсселе и послом Тимберлейком в Леопольдвиле. Мерчант сказал Хертеру, что позвонит Бердену и сообщит о принятом решении.
Не имея другого выбора, Лумумба принял в дар самолет от Советского Союза. За это Том Брэди из New York Times попенял ему. "Что мне оставалось делать? возмущенно ответил Лумумба. Теперь говорят, что я коммунист. Но посудите сами, что было важнее: прослыть коммунистом или отказаться от возможности поехать в ООН, чтобы защищать там наши интересы? Судите сами".
Для многих людей авиаперелеты в Конго в то время не были простым выбором между советским и американским. Сам генерал Александер летел на советском Ил-18 из Ганы в Конго - и ему очень понравился этот опыт. Русский экипаж, - тепло писал он в своих мемуарах, - был верхом приветливости". Когда они пересекли экватор, "пилот надел бороду, и меня угостили русским шампанским и икрой". Когда он приземлился в Леопольдвиле, - с веселым удовольствием вспоминал Александр, - я был в таком настроении, что мог справиться с любой неловкой ситуацией!
Возвращаясь в Конго из Америки, Лумумба нанес короткий визит нескольким африканским лидерам: Президент Туниса Хабиб Бургиба, король Марокко Мохаммед V, президент Либерии Уильям Тубман, президент Гвинеи Секу Туре, президент крошечной Республики Того Сильванус Олимпия - и второй раз в течение двух недель Нкрума.
На каждой остановке его приветствовали огромные и восторженные толпы. Все лидеры, с которыми он встречался, выражали свое сочувствие трудностям Конго, которые стремительно нарастали. 8 августа Альберт Калонджи, следуя примеру Мойсе Тшомбе в Катанге, объявил об автономии Южного Касаи, родной провинции Лумумбы. Это был регион, богатый алмазами, в котором активно участвовали западные деловые круги, в частности бельгийская компания Forminiere и американская фирма Leon Tempelsman and Son; обе компании подозревались в пособничестве сепаратистам.
Почти сразу же алмазы Касаи были отправлены через реку Конго в Конго-Браззавиль, который быстро стал крупнейшим в мире экспортером алмазов - несмотря на то, что у него не было собственной алмазной шахты. В то время Конго-Браззавиль готовился к обретению независимости, намеченному на 15 августа 1960 года. Его политическое руководство тесно сотрудничало с западными державами, особенно с Францией, и с иностранным бизнесом. Первым президентом стал аббат Фулберт Юлу, которого консул США Алан В. Лукенс пренебрежительно описал как "пятифутового отлученного от церкви священника, который ходил в кафтанах от Диора и был в некотором роде высмеян как французская марионетка".
Некоторые из африканских лидеров, которых посетил Лумумба, обещали оказать военную поддержку, если это потребуется, чтобы вывести бельгийские войска и положить конец отделению Катанги и Касаи. "Сотни, тысячи гвинейцев, - сообщал Лумумба в своей речи по возвращении в Леопольдвиль, - добровольно пришли служить в Конго".
