Базар, который был сердцем стамбульской торговли, находится примерно там же, где и Большой базар сегодня. Прежде всего в него входят два Безестана (от искаженного Бедзазистан, или, как часто говорят, Базестан, со всеми воз - можными орфографическими вариациями; название происходит от слова bez, «полотно» — первоначально здесь был полотняный рынок). Старый Безестан был построен Мехмедом Завоевателем после взятия Константинополя. Это центральное здание с четырьмя входами и двумя главными улицами, внутри него читается надпись: «Рынок драгоценностей». Новое здание называется Сан­дал Бедестени (от слова «сандал», обозначающего полушелковую ткань). Вокруг этих двух массивных сооружений располагается ряд торговых и ремесленных улиц. Крупными надписями обозначены дворы ханов (на Западе пишут Khan). Это тщательно охраняемые склады, которые служат для снабжения провизией сераля и города. Здесь продают свой товар оптовые торговцы. План был со - ставлен Османом Ергином (1945 год) и воспроизведен Робером Мантраном в его книге, которую мы часто цитируем, говоря об Стамбуле.

все стекалось естественным путем, — или в стороне, как это происхо­дит в динарийской зоне турецкой колонизации, все города которой — Мостар, Сараево и прочие — имеют «экзобазары»210; совсем недавно так было и в Танжере211. Независимо от своего расположения и формы ба­зар, рынок, город являются точкой пересечения самых разнообразных маршрутов. В Алжир, к Северным воротам 212, Баб-эль-Уэд, с соседнего

Атласа спускаются ослики, едва заметные под навьюченными на них вя­занками хвороста, у южных ворот, Баб-Азун, располагаются на привал верблюды, пришедшие из Митиджи или с далекого юга, порт кишит корсарскими и торговыми судами, доставившими сливочное масло из Боны*, полотно, сукна, лес из Марселя, оливковое масло из Джербы, ароматы из Испании, не говоря уже о товарах, награбленных у христи­ан по всему морю, о выкупе, поступающем за пленников из Валенсии, Генуи и других мест Все это служит строительным материалом и пи­щей для Алжира Всякий город живет за счет поглощаемого им движе­ния, которое останавливается у его стен и затем продолжается за ними Привычная картина экономической жизни связана с движением, с дорогами и путешествиями Даже векселя авторы XVI века сравни­вают с кораблями или с корабельными грузами, доставка которых свя­зана с определенным риском, отсюда l'agio , т е морская страховка, которая, как они говорят, пропорциональна опасности

Если на дорогах возникают помехи, города вымирают и испыты­вают лишения Так произошло с Флоренцией в 1528 году ее связи с Югом прервались после разграбления Рима в 1527 году, каждую неде­лю она теряла 8 тыс дукатов, получаемых ранее от римских заказчиков, и 3 тыс , поступавшие от продаж в Неаполе213 Но положение на Севере также было катастрофическим, сношениям с Францией мешала Г енуя, а с Германией — Венеция Флорентийцы были вынуждены снизить производство своих рапш garbi214, о fini, о d'oro и использовать ради выживания извилистые контрабандные дороги, вывозя свою продук­цию морским путем во Францию и в Лион через Азолу, Мантую и даже Триест и по суше в Германию Преимуществом территориальных госу­дарств, занимающих обширные пространства, является возможность по своей воле затруднять или вообще прерывать сношения между горо­дами и, действуя издалека, нарушать их хрупкое равновесие Генуя об­виняла Францию в том, что она помогает восставшим корсиканцам, но, как пишет в феврале 1567 года раздраженный этими упреками Фуркво, если Франция желала бы причинить Генуе вред, зачем ей прибегать к таким окольным путямл Она мог\а бы преспокойно запретить ввоз шелковых тканей и других генуэзских товаров на свою территорию

Аннабы

Лаж

1 онких или златотканых материй

Население в 1586 году (каждая точка обозначает 10 жителей)

Венецианские лавки в 1661 году (одна точка обозначает одну лавку)

32. Сердце Венеции

Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги