которыми был английский капитан Роберто Тортон181. Неизменно ут f- ствуя в морских перевозках, в каждой местности они называются по- своему. На Адриатике победу одержали марсилианы, которые вытеснили grippi, небольшие галеи, во времена Санудо182 за 22 дня доставлявшие в Венецию молодое вино из Кандии, а также мараны, первоначально, в XV веке, перевозившие дрова и камень из Истрии, а затем использовавшиеся на дальних расстояниях. Марсилианы имеют более низкую посадку, чем навы, и такие же паруса; у них квадратная корма и очень мощный нос. С 1550 года они участвуют в торговле с Апулией (растительное масло, зерно). Владельцы этих малотоннажных судов сосредоточили в своих руках все перевозки на Адриатике в конце XVI века, а затем перебрались через неширокое море на венецианские острова... В 1602 году в распоряжении Венеции было 78 марселиан, некоторые из них имели по 4 мачты и достигали водоизмещения в 140—150 тонн183, а то и в 250 тонн184. Характерно, что герцогство Феррарское, доступ в порты которого открыт только для марсилиан, и не думает об увеличении их размеров185. Синьория , однако, противится наступлению этих судов после 1589 года186 и запрещает им в 1602 году ходить до Дзанте... Их численность сразу снижается до 38 в 1619 году187. Это доказывает, что Венеция упорствовала в сохранении крупнотоннажных кораблей, не считаясь ни с чем. Еще в 1630—1632 годах в записках в своем путешествии на Восток Стохов говорит о торговых судах Венеции следующее188: «они настолько тяжелы и нескладны, что не могут плыть при небольшом ветре, из-за чего их путь в Константинополь часто составляет три или четыре месяца. Корабли из Прованса, напротив, небольшие и подвижные, поэтому они могут двигаться при самом маленьком ветре»...
Процветание Марселя, начавшееся в 70-е годы XVI века, объясняется множеством причин: притоком сюда французских, английских или немецких товаров по водному пути Роны; выходом из игры Венеции, занятой с 1570 по 1573 год войной с турками; привилегиями, которые худо-бедно принес с собой сердечный союз Его Христианнейшего Величества с турками и берберами. Это процветание связано также с изяществом марсельских и прованских кораблей, нав, галионов, тартан, саэт или барок, согласно их ливорнскому наименованию. Эти названия не должны вводить нас в заблуждение, даже если речь идет о навах и галионах: тоннаж навы «Святая Мария Заступница» в 1597 году189 составляет 700 кантаров
Венецианская.
(около 60 тонн), водоизмещение другого корабля с таким же названием (самым популярным у марсельских судовладельцев) равно 150 тоннам. Не очень большой навой была и та, которую 5 мая 1596 года захватил в Трапани Педро де Лейва, «inventaque sunt in ea coralla...et alia» 19°... Нам неизвестен тоннаж марсельских галионов, которые приходят в сирийский Триполи в 1591 году191: это галион «Троица», принадлежащий Николя Сикару (5 апреля 1991 года), галион «Вера», принадлежащий Жоржу де Белле (5 апреля 1591 года) или галион «Святой Виктор», который стоит под погрузкой в Александретте 7 мая 1594 года. Конечно, их невозможно сравнить с прежними славными талионами герцога Прованского192. В 1612 году венецианский консул в Сирии говорит о марсельских судах водоизмещением в,400 ботте193. Часто, как утверждает один марсельский судовладелец, это всего-навсего галио- нет, который возит бобы, кожи и сыр из Кальяри в Ливорно194. Размеры марсельских саэт в конце XVI века укладываются в пределы от 30 до 90 тонн195. Если летом 1593 года в Антибе строится нава водоизмещением в 3000 сальм (450 тонн), заметим, что она наполовину выкуплена генуэзцем Джованни Баттистой Вивальдо196 ...
Постепенно эти барки, тартаны, саэты, галионы и галионеты, корабли и навы из Марселя заполонили в течение XVI века морские просторы. В Северной Африке, Испании, Италии не было порта, набережные которого не были бы завалены привезенными ими мно - гочисленными товарами. Венеции они навязывают свои услуги начиная с 60-х годов. Целая флотилия марсельских судов бродит по всему морю, вызывая ненависть больших кораблей. Если в 1574 году197 рагуз- ский грузовой корабль захватывает марсельскую наву, грабит ее, топит вместе со всем экипажем, включая юнгу, не вызвано ли это скорее завистью, чем жаждой наживы? Ведь крупный грузовой торговый флот Ра- гузы простаивает из-за кризиса перевозок. Рагузские корабли еще пересекают море от Восхода до Заката, от Сицилии до Испании. В конце столетия они пускаются в авантюры, следуя армадам Филиппа II, погибают в Атлантическом океане. Но проходит 10, 20 лет, и Рагуза, как и Венеция, еще в большей степени, чем Венеция, замыкается в тесных водах Адриатики.
В этих ритмических колебаниях нет ничего таинственного и не - обыкновенного. Все зависит от эпохи и стечения обстоятельств. В конце столетия Марсель располагает многочисленными, хотя и небольшими
Обнаружив в ней кораллы... и прочее
