Взгляд Эми пробежался по комнате, разыскивая работу Ампутации. Ничего. Она бросила взгляд через плечо, и с её губ сорвался вскрик. За спиной, не дальше шага от неё, стоял мужчина -- высокий, звероватого вида, его лицо было так плотно покрыто шрамами и синяками, что в нём с трудом можно было признать человека. В одной руке он держал топор с длинной рукоятью, касавшийся лезвием пола. Топорылый.
-- Бееги-и-и, -- простонал Марк, обращаясь к ней. Не задумываясь, она бросилась к входной двери и распахнула её с такой силой, что картина упала со стены.
Топорылый стоял с другой стороны, загораживая выход.
-- Нет, -- прохрипела она, отступая в гостиную, -- нет, пожалуйста.
Как? Как он так быстро туда попал? Она повернулась и увидела, что он всё ещё стоит там, в коридоре.
Двое Топорылых?
Затем первый взорвался облаком белой пыли и кровавых брызг, разлетевшихся по всей комнате. Эми услышала смех Ампутации, от которого у неё сердце ушло в пятки.
-- Поняла? Догадалась, что я сделала? Повернись-ка, Халтурка.
Эми догадалась, но создание Ампутации всё равно продемонстрировало своё устройство. Он повернулся спиной к Эми, и она увидела что-то вроде раковой опухоли на затылке, плечах и руках. Только у опухоли было лицо с едва различимыми азиатскими чертами, а комки в опухоли приблизительно совпадали с внутренними органами и структурой скелета. Челюсть тела, скреплённого со спиной Топорылого, открывалась и закрывалась как у рыбы, хватающей воздух. Швы были всё ещё свежие.
-- Ты смешала их вместе. Демона Ли и Топорылого.
-- Да! Можешь даже не спрашивать, как это было тяжело. Представь, мне надо было делать операцию удалённо, используя роботов, потому что я потеряла бы cилы Технаря рядом с этим здоровым шкафом. И мне надо было соединить тела и нервные системы так, чтобы они могли пользоваться своими суперспособностями, не мешая друг другу.
-- О, Боже, -- пробормотала Эми. "Она и со мной сделает что-то подобное?"
-- Знаешь, мне пришлось добавить управляющий контур и провести точечную лоботомию, чтобы Топорик меня слушался. Он мало что потерял. И раньше не отличался умом.
-- А Демон Ли? -- едва слышно от испуга спросила Эми.
-- О, его мозг я почти не тронула. Его слегка коснулась смерть, и там были некоторые повреждения, но я их убрала. Мозг даже почти нормально работает. Он не может контролировать своё тело, но осознаёт и чувствует всё, что делает Топорик.
-- Это ужасно.
-- Да, результат не идеальный. Но я ведь только начала делать такие гибриды. Ещё тренируюсь. Сила Топорика не так хорошо работает, и я беспокоюсь, что они изнашиваются при телепортации, но это всё ещё одна из моих лучших работ. Целых четыре часа над этим возилась, -- Ампутация сцепила руки перед грудью и стала переминаться с ноги на ногу, как будто ожидая чего-то.
Эми сглотнула. У неё не было слов.
Ампутация улыбнулась:
-- Думала, что уж ты-то оценишь.
-- Оценю...
-- Ты единственная кроме меня, кто работает с мясом. Ну, мы, конечно, во многом отличаемся, но мы ведь и очень похожи, правда? Ты манипулируешь людской биологией, я с ней ковыряюсь. Человеческое тело -- это всего лишь очень сложная соковыжималка, так ведь?
В комнату вошли остальные. Из кухни -- женщина, её лицо больше походило на крысиную морду: заострённое, с вытянутым чёрным носом, окружённым грубыми швами. Ампутация добавила второй ряд зубов, сплошь клыки, так что вытянувшаяся челюсть была целиком покрыта ими. Между ними постоянно сочилась густая липкая слюна. Кожа была бледной, за исключением лица и клочков эбеново-чёрной кожи, нашитых по всему телу. Длинных чёрных волос как будто никогда не касалась вода, но самое жуткое -- это пальцы, которые Ампутация заменила на какое-то подобие мачете. Ноги она изменила таким же образом, так что женщина больше не могла нормально ходить, а лишь ковыляла, касаясь пола кончиками передних когтей.
Третья Франкенштейнова солянка из двух личностей появилась из коридора, где недавно взорвался гибрид Демона Ли и Топорылого -- Халтурка. Нижняя часть тела была мужчиной со сложением гориллы, с бугрящимися мускулами, и двигалась на четвереньках. Его верхняя часть росла от шеи первого тела -- истощённый мужчина с длинными каштановыми волосами и бородой. Нечто вроде кентавра, только со здоровенным мужиком вместо лошадиной основы.
И были ещё другие штуковины. Неживые. Паукообразные создания из обрезков металла, без голов, только коробочки размером в пол-тостера и тонкие ножки, движимые гидравликой, каждая заканчивалась шприцем или скальпелем. С десяток их карабкались по стенам и полу.
