-- Крыса-Убийца когда-то была героиней, называла себя Мышью-Защитницей, одна из тех кейпов, которые любят играть со злодеями как кошка с мышкой. Переигрывала, вела себя по-идиотски, глупо шутила, чтобы её врагам было стыдно, когда они проигрывали ей. Опустошительница решила, что с неё хватит, попросила Девятку вынести Защитницу. Так что мы взялись за дело. Я победила Мышь-Защитницу и положила её на операционный стол. Остальные члены Девятки выследили Опустошительницу и её тоже прибрали к рукам. Просто чтобы разъяснить, что мы не подчиняемся приказам. Мы не мальчики или там девочки на побегушках. Так что теперь Опустошительница проведет остаток жизни с женщиной, которую ненавидела, в теснейшей дружбе.
Эми сглотнула, смотря на женщину.
-- Другому я всё ещё пытаюсь придумать имя. Тот, что внизу, был Кровожадом. Лекарь-Бугай, исцелялся быстрее, когда купался в крови. Думал, что сможет пройти в нашу команду, но завалил тесты. Тот, что наверху, назывался Пророком. Считал себя воплощением Иисуса. Как назвать такую смесь? У меня есть идея для имени, но я никак не могу окончательно решить.
-- Я не знаю.
-- Ты тоже не сильна в придумывании имен? -- улыбнулась Ампутация.-- Думаю, что-то типа святилища, храма... но храма в несколько этажей, ярусов. Хм.
-- Пагода?
-- Точно, Пагода! -- Ампутация подбежала к своему творению и обняла одну из его рук. -- Пагода! Теперь тебя так зовут!
Ни одно из трёх чудовищ не двинулось и не отреагировало. Все продолжали тупо пялиться вперёд. Изо рта Крысы-Убийцы текла слюна, остальные были как будто в прострации.
-- Здорово! -- Ампутация улыбнулась Эми. -- Я знала, что из нас получится отличная команда!
-- Команда? -- что-то нужно сказать или сделать, чтобы сбежать. Если не получится, то как бы убить себя, чтобы Ампутация не заполучила её, не сделала из них с Марком одну из этих штук? В худшем случае она могла бы использовать свою силу на Марке, перед тем, как покончить с собой.
Вот только она не была уверена, что это сработает. Эми не умела возвращать мёртвых, но ничто не говорило о том, что Ампутации это не по силам.
-- Да, команда! Я хочу, чтобы ты была в нашей команде! -- Ампутация была почти вне себя от восторга.
-- Я не... -- Эми заставила себя остановиться. -- Почему?
-- Потому что мне всегда хотелось старшую сестру, -- ответила Ампутация, как будто этого было достаточно.
Эми моргнула. Сестра. Она подумала о Виктории.
-- Я буду дерьмовой сестрой.
-- Следи за языком! -- предупредила Ампутация с неожиданной яростью.
-- Прости. Я... я не очень хорошая сестра.
-- Ты можешь научиться.
-- Я пыталась, но... я стала только хуже со временем.
Ампутация немного надулась.
-- Ну подумай, что мы можем вместе делать. Я сшиваю, работаю по-крупному, ты заглаживаешь. Представь, как Крыса-Убийца выглядела бы без швов и шрамов.
Эми посмотрела на бывшую героиню, пытаясь это представить. Лучше не стало. Если только хуже.
-- Это только начало. Можешь представить, что мы могли бы сделать. У нас не будет преград.
Раздался гудок автоответчика. Он начал проигрывать сообщение.
-- Эми, подними трубку. Нам придётся разбираться с Адской Гончей, и тут есть раненые. Позвони тете Саре или дяде Нейлу, чтобы они присмотрели за папой и двигайся...
Сообщение прервалось, раздался треск и далёкий лай.
-- Не думаю, что у меня есть тяга к такому, -- сказала Эми. "Я не могу ещё сильнее разочаровать Викторию."
-- Ох. Ох! -- Ампутация улыбнулась. -- Всё хорошо, мы сможем через это пройти.
-- Я... Я не думаю, что мы можем.
-- Неужели, -- сказала Ампутация. Затем она щёлкнула пальцами.
Халтурка появился перед Эми, и она не могла ничего сделать, чтобы сбежать. Она закричала, когда сильная рука бросила её на спину в метре от Марка.
Марк попытался встать, но Крыса-Убийца рванулась через комнату к светильнику над диваном, и прижала один из своих длинных когтей к его горлу.
Эми была прижата. Она попыталась использовать свою силу на Халтурке через контакт с его телом, и обнаружила, что контакта не было. Она не могла почувствовать ни его тела, ни кровь текущую в венах, ничего такого. Даже её собственная кожа была тихой, тогда как обычно она ощущала иголочки неисчислимых микроскопических воздушных форм жизни, касающихся её. Она едва замечала их, пока ощущения не прекратились.
-- Джек выбрал меня своей протеже. Обучает искусству быть художником. Он говорит, что я слишком сосредоточена на внешнем. Кожа, кости, плоть, тела -- всё, что мы видим и слышим. Он сказал мне упражняться с внутренним, и, кажется, сейчас очень подходящий момент.
-- Внутренним? -- ответила Эми.
-- Легко сломать тела людей, легко оставить шрамы и причинить боль. Но настоящее искусство -- то, что ты делаешь у них в головах. У тебя есть предел прочности, Эми? Может быть, когда мы найдем твои границы, и вытолкнем тебя за них, ты поймешь, что тебе хочется присоединиться к нам.
Широкая улыбка расплылась по лицу Ампутации, когда она по-турецки уселась лицом к Эми на полу.
-- Я... Нет. Пожалуйста.
-- Ты -- лекарь, но ты можешь делать гораздо больше. Почему ты не выходишь в костюме?
