-- Нет, -- сказала Эми. -- Этого не будет.
-- Почему? Неважно, что удерживает тебя, мы можем это исправить. Или сломать, зависит от тебя.
-- Это не... Разве ты не понимаешь? Я не хочу причинять людям боль.
-- Но это же можно изменить! Мы не так уж непохожи. Мы с тобой знаем, что всё можно в себе изменить, если достаточно упорно работать.
-- Тогда почему ты не меняешься? Ты можешь быть хорошей.
-- Мне нравятся другие члены Девятки. И я не смогла бы создать ничего действительно удивительного, если бы я следовала правилам. Я хочу сделать что-то ещё более удивительное, чем Халтурка, Крыса-Убийца или Пагода. Что-то, что мы можем сделать только вместе. Представь! Ты можешь воспользоваться силой, и мы сможем сделать супермена из сотни кейпов, с их полной силой, потому что ты поможешь, и мы сможем остановить одного из Губителей, и весь мир будет такой типа "А мы что, должны этому аплодировать?" Можешь представить? -- Ампутация настолько заразилась идеей, что почти задыхалась.
-- Нет, -- сказала Эми. Затем, просто чтобы было всё ясно, добавила: -- нет, этого не будет. Я к вам не присоединюсь.
-- Ты присоединишься! Ты должна!
-- Нет.
-- Мне придётся сделать, как сказал Джек. Он сказал, что я не стану настоящим гением, пока не научусь забираться людям в головы.
-- Может быть... Может быть, тебе не забраться ко мне в голову, пока ты не поймешь, что я никогда не присоединюсь к Бойне Номер Девять.
Ампутация нахмурилась.
-- Может быть.
Эми кивнула.
-- Или может мне надо понять предел прочности, твоё слабое место. Скажем, тот человек, -- Ампутация показала на Марка, -- Душечка сказала, что ты спишь тут, и ты была с ним рядом довольно долго... так почему ты не вылечила его?
Эми затряслась.
-- Кто он?
-- Мой отец.
-- И почему бы не починить отца?
-- Моя сила не работает на мозгах, -- соврала Эми.
-- Ты ошибаешься, -- сказала Ампутация, подходя ближе.
-- Нет.
-- Да. Твоя сила может влиять на мозг. Ты должна понять, я разобрала двадцать или тридцать человек, чтобы понять, как работает их сила, чтобы собрать их обратно так, как мне хочется. Я вызывала все виды стресса, пока у подопытных не происходил триггер прямо у меня на столе, я подключала их к компьютерам, чтобы записать все подробности и изучить их мозги и тела во время появления сил.
"Двадцать или тридцать человек, которых она разобрала. И сколько ещё замучено до смерти?"
Ампутация улыбнулась.
-- И я знаю тайны. Знаю, откуда появляются силы, как они работают, знаю, как работает твоя сила. Ты должна понять, что силы не предназначены для нас -- людей вроде меня или тебя, тех, кто получили силы в момент смертельного стресса. Это лишь случайность. Мы сами случайности. И мне кажется, ты можешь видеть, когда касаешься кого-либо, было ли у них событие-триггер.
-- Я не понимаю.
-- И не надо. Что тебе надо знать, так это то, что субъекты нашей силы, те вещи, к которым мы можем её применить, например, люди для тебя, рыбы для той женщины из Азии, компьютеры для того мальчика, который мог с ними разговаривать -- на самом деле наши силы не были созданы для работы с ними. С людьми, рыбами или компьютерами. Это не специально. Это происходит потому, что силы соединяются с нами в момент события-триггера, расшифровывают наши мозги, ищут что-то в этом мире, с чем они могут соединиться, что-то отдалённо связанное с тем, как эти силы изначально должны были работать. И за время от одной до восьми секунд суперсилы включаются и уходят в турборежим, собирают все необходимые сведения о людях, рыбах или компьютерах, иногда ныряя через весь мир, чтобы сделать это. А затем все эти знания начинают конденсироваться, пока не остаётся минимальный набор, достаточный для функционирования силы.
Эми уставилась на неё.
-- А затем, прежде чем они успеют разрушить нас, прежде чем мы сами успеем навредить себе собственной силой, пока искра потенциала ещё не погасла, силы переключают шестерёнки. Они выясняют, как работать с нами, они защищают нас от наших же сил, от каждой их возможности нам навредить, которую только можно ожидать, потому что нет смысла убивать нас. Они соединяются с нашим эмоциональным состоянием в момент проявления сил, потому что это тот контекст, на котором всё построено. Это так восхитительно сложно и прекрасно!
Ампутация опустила взгляд на Эми:
-- Твоя неспособность влиять на мозг -- одна из таких защит. Ментальный блок. Я могу помочь сломать его.
-- Я не хочу ломать его, -- тихо произнесла Эми.
-- Ахх... Ну, ты ещё сильнее возбуждаешь мое желание увидеть твою реакцию, когда ты сломаешь его. Понимаешь, всё, что нам надо сделать -- вызвать у тебя пиковую нагрузку. Твоя сила будет сильнее, и ты сможешь разбить этот ментальный блок. Наверняка.
-- Пожалуйста, -- сказала Эми, -- не надо.
Ампутация засунула руку в фартук и достала пульт управления. Она указала им на Марка, там где он сидел на диване. На лбу появилась красная точка.
-- Нет!
