— Замечательно! — облегчённо вздохнул Лиам, — первое правило — никаких тату! Нигде и никогда.
— Согласен.
— Эм, — шатен облизнул губы, — что ещё?
Что-то промелькнуло во взгляде старшего парня, но исчезло раньше, чем Лиам заметил.
— Не трахать никого в моём теле, Ли! Никого. Вообще.
— Я и не планировал, — промямлил Пейн и почувствовал, как сжимается желудок, — то же самое с тобой, Зейн! Ничего такого ни с кем! Пожалуйста.
— Да, — кивнул брюнет, — но что мы будем делать, если всё затянется? Если это не закончится через пару дней? Я имею в виду, что мы… мы оба… ну, мы же будем хотеть… ты меня понял…
— Нет, — честно ответил Лиам, — не понял.
— Ты реально хочешь, чтобы я сказал это вслух? — простонал Зейн, — как бы хочется время от времени кончать, Ли!
О… О!
— А, ну… да.
— Ну так, — пожал плечами Малик, — не знаю, может…
Стук в дверь прервал его. Лиам кинул взгляд на Зейна, ожидая, что тот ответит, ведь это его комната сейчас. Стук повторился, громкий и резкий. Пейн поднялся, догадываясь, даже точно зная, кто это. И верно — в номер зашёл Луи.
— Мы ждём вас двоих, вы в курсе? — заявил он, оглядывая комнату, — вы идёте?
— Я устал, — брюнет зевнул, качая головой.
— Ты всегда уставший, — возразил Томлинсон, — к чёрту папарацци! Пошли покончим с этим, и я хочу развеяться.
— Ну, так идите, — предложил Малик, заваливаясь на кровать, — я слишком устал для репетиций. К тому же, я прекрасно знаю все соло Лиама.
— Ли? — приподнял бровь Луи.
— У меня тоже все партии от зубов отскакивают, — заверил Пейн.
— Ладно, — пожал плечами Томлинсон, — если вы что-то напутаете, я не при чём! Ты пойдёшь со мной?
Лиам очень бы хотел, повеселиться и всё такое, но…
— Это относится к группе, что мы можем делать, или к группе, что мы не можем делать в телах друг друга?
— Идите, — Зейн даже не повернул голову, — только не дурите. И, если я утром проснусь в своём теле с похмельем, то буду засранцем весь день, имейте в виду!
***
========== Часть 6. ==========
***6***
— Я тут немного поразмышлял, — объявил Луи, что само по себе уже было страшно, так ещё ситуация ухудшалась тремя пустыми стопками перед ним, — ну, знаешь, насчет этой истории с обменом телами.
Лиам потянулся за своей рюмкой, между делом, подумав, как мало нужно, чтобы Зейн напился. Сам он сейчас был бы чуть навеселе, но, находясь в теле Малика, он чувствовал себя немного несобранным, будто в тумане, а еще невероятно раскрепощённым и расслабленным.
— И? — поинтересовался Пейн.
— Сперва я подумал, что всё это произошло из-за того, что вы ссоритесь. Ну, как в том фильме, где они сначала ругались, потом менялись телами и так далее, — начал объяснять Томлинсон, — короче, как во всех таких фильмах. Люди ссорятся, затем меняются телами. Но если дело не в этом?
— А в чём тогда? — переспросил шатен, твёрдо уверенный, что именно ссоры — причина. Они с Зейном постоянно грызлись, потом поменялись телами — и это сразу положило конец ссорам, в той или иной мере. Не совсем, конечно, но в основном, ведь Луи оказался прав: Лиам ужасно ревновал и ничего не мог с этим поделать. Но сейчас их отношения начали налаживаться, и Пейн был рад такому развитию событий.
— А что, если всё произошло из-за того, что ты любишь его? — предположил старший парень, — типа, божественное вмешательство. Судьба пытается намекнуть вам, что между вами есть связь. Что, если всё это — знак, что вам предначертано быть вместе?
Лиам некоторое время бездумно смотрел на друга, затем потянулся к следующей стопке. Алкоголь приятно обжёг изнутри.
— Вряд ли.
— Почему? — возразил Томлинсон.
— Потому что он женится, Томмо, — огрызнулся шатен, — это не… судьба не пытается свести нас вместе. Он женится, и я ничего не могу сделать.
— Но в этом вся фишка! — воскликнул Луи, — ты можешь! У тебя есть все возможности для этого! Ты в его теле, Ли, ты можешь всё отменить! Скажи Перри, что не можешь жениться на ней, скажи прессе, что ты не готов! Сделай хоть что-нибудь!
Лиам скорчил гримасу, бесцельно водя глазами по клубу. Они сидели в огороженной части клуба, вокруг стояла охрана, не подпуская никого близко к парням — скучно. Ему хотелось окунуться в толпу, напиться и забыть о Зейне и ком-либо ещё.
— Я не могу, — повторил Пейн, — я никогда не поступлю так с ним.
— Я знаю, — вздохнул старший парень, — я просто… просто я хочу, чтобы ты был счастлив, Ли. Я хочу, чтобы вы оба были счастливы.
— А как я этого хочу! — Лиам опрокинул следующую рюмку.
— Пошли танцевать, — неразборчиво произнёс Луи, — не будем ломать кайф!
Пейн позволил другу вытянуть себя из кабинки, зная, что через какое-то время охрана потащит их прочь от танцпола, мотивируя возможной опасностью со стороны толпы. Хотя самое опасное — это назойливые поклонницы, не принимающие ответ «нет» и пытающиеся сделать провокационные фото.
Но ничего такого не произошло. Они танцевали, пили, постепенно всё так смешалось в голове Лиама, что он прекратил заморачиваться. Мысли заглушил алкоголь, а с плеч будто свалился тяжкий груз.