Итак, они втроём вернулись в номер. Как бы Лиаму сейчас хотелось иметь свою собственную комнату, не делить номер с чьей-то девушкой, забраться под одеяло, отгородиться подушками и сделать вид, что ничего не было. Вообще ничего. Ни-че-го. Он не хотел быть Зейном. Он не хотел, чтобы Зейн был с Перри. Он не хотел чувствовать к Зейну что-то, помимо простой дружеской симпатии. Потому что так было бы проще. Вся его жизнь была бы проще. И уж точно, на сердце не было бы так тяжело.
— Пойду быстренько приму душ, — объявила Перри, едва дверь закрылась, — справитесь без меня?
Зейн усмехнулся и завалился на кровать, подгребая под себя подушки. Лиам заторможенно кивнул и присел на край постели с такой прямой спиной, будто, как минимум, умудрился проглотить жердь. Перри бросила на шатена ещё один взгляд из разряда секретных и нечитаемых и скрылась в ванной. Пейн вздохнул с облегчением, а Малик потянул его к себе.
— Пока всё в порядке, — нервно проговорил он, покусывая ноготь, — так? У нас всё получается, Ли?
— Вроде, — напряженно ответил шатен, — она, кажется, ничего не заподозрила.
Лиам услышал шум включенной воды и мелодичное пение Перри. Он потянулся за пультом и включил телевизор, щелкая по каналам в поисках, что бы посмотреть. В конце концов, Зейн отобрал пульт и оставил какую-то дурацкую комедию на экране, не отвлекающую на себя внимания младшего парня.
Или она не отвлекала на себя его внимание, потому что его больше занимали пальцы Зейна, поглаживающие его запястье, нежели качество показываемого шоу.
— Зейн? — Лиам перехватил руку старшего, — могу я кое-что спросить?
— Да, — Малик смотрел на экран, неосознанно сжимая руку шатена.
— Она, — Пейн чуть задержал дыхание, не глядя на брюнета, — действительно, всё, что ты хочешь? На всю оставшуюся жизнь?
Он почувствовал взгляд Зейна, похожий на луч солнца в хмуром небе, похожий на то, когда ты выходишь из тёмного помещения на свет: слишком яркий и пронзительный, чтобы его вынести.
— Это реально дебильный вопрос, Лимо, — медленно проговорил Малик.
— Прости, — да, наверное, глупо было спрашивать.
— Ничего, — вздохнул брюнет, поворачиваясь к младшему, — почему ты спрашиваешь?
— Просто, — солгал Пейн, — а что мы смотрим?
— Если бы я знал! — усмехнулся Зейн, — я не узнаю ни один из каналов. Именно за это я и не люблю наши поездки: неизвестно, какие каналы тут нормальные.
— Могу принести ноутбук, — предложил Лиам, — посмотрим что-нибудь.
— Неа, — зевнул брюнет, — я пойду к себе. День был довольно-таки утомительным.
Глаза Лиама распахнулись в панике.
— Ты не оставишь меня с ней! — прошипел он, — Зейн!
— Ой, да просто ложись спать, — отмахнулся пакистанец, — её это не удивит.
— Вау, — съязвил шатен, — золото, а не бойфренд!
Зейн усмехнулся, уткнувшись в скулу младшего парня.
— Знаешь, я мог бы им быть! — он вскочил с кровати, — спокойной ночи, Ли! Увидимся утром.
Лиам проводил его застывшим взглядом. Что он имел в виду? Что тут вообще происходит? Не успел он хоть что-то осознать, как вода в душе выключилась.
Лиам нырнул под одеяло, отвернулся от двери и притворился спящим. Пару минут спустя дверь в ванную открылась, впуская в комнату клубы пара, и в нос ударил запах вишнёвой пены для ванн.
— Серьёзно? — простонала Перри, — Зейн, ты как всегда! — кровать позади Лиама прогнулась под чужим весом, — я знаю, что ты не спишь, ты храпишь во сне.
Пейн сглотнул и открыл глаза. Перри сидела рядом, одетая в пару поношенных спальных брюк, с небрежным пучком на голове и маской на лице. Так она выглядела моложе, мягче обычного.
— А где Лиам? — с улыбкой спросила девушка.
— Пошёл спать, — ответил шатен, — он, эм, сказал, что слишком устал и попросил пожелать тебе спокойной ночи.
— О, мне так жаль, детка!
— Почему? — нахмурился Пейн.
— Ты знаешь, почему, — девушка шутливо ткнула его в бок, — ты такой жалкий, Зейн!
— Да? — это имел в виду Малик, когда говорил о подколках?
— Абсолютно, — делая телевизор громче, продолжила Эдвардс, — никогда в своей жизни не встречала такого влюблённого идиота. Но я всё равно тебя люблю, не переживай, — она наклонилась и легонько мазнула губами по его щеке, а не по губам, как он ожидал, — можешь спать. Я посмотрю телевизор и закажу что-нибудь перекусить.
— Мы же только что поужинали, — напомнил Лиам. Она съела целую тарелку начо и чуть ли не устроила шуточную драку с Найлом за право обладания последним кусочком. Как после такого можно думать о еде?
— И? — Перри стрельнула взглядом, — я проголодалась. Не смотри на меня так осуждающе, я хочу чизкейк.
— Ладно, — отступил шатен, — спокойной ночи.
— И тебе, детка.
Лиам развернулся спиной, укладываясь на самый край кровати, чтобы ещё больше увеличить расстояние между ними. Сон никак не шёл. Телевизор шумел, Перри смеялась над какими-то глупыми шутками. Она всё-таки заказала еду, её вилка скрипела по тарелке, а телефон разрывался от сообщений.
Затем всё прекратилось; Перри забралась под одеяло. Лиам замер, внутри всё сжалось в ожидании, что она сейчас придвинется к нему и прижмётся, обнимая за талию. Но нет, она легла на другом конце кровати, подальше от него.