— И дай мне знать, если что-то произойдёт между вами, — добавила она, назидательно подняв палец, — я хочу знать все подробности. Ну, не прямо все, конечно, но я хочу быть в курсе, если что-то случится, окей? Он выглядел таким счастливым рядом с тобой всё это время. Приятно видеть, что вы опять близки.
— Да, — Лиам был слишком ошеломлён, чтобы произносить что-то более внятное.
— Люблю тебя! — сказала она уже громче, оборачиваясь, — я буду скучать!
— Я тоже.
Отстояв необходимое время, чтобы его уход не показался невежливым, Лиам вернулся в отель, чтобы собрать вещи и перебраться в гастрольный автобус. Всю дорогу до отеля парень сохранял молчание, раскрывая самому себе глаза на очевидную и болезненную правду.
Лиам не ненавидел Перри. Вообще. Прошедшие три дня доказали ему то, что он пытался избежать всеми силами: Перри замечательная, она любит Зейна и делает его действительно счастливым.
Захлёбываясь собственной ревностью, Пейну всегда казалось, что они не сочетаются, они — не пара, у них нет ничего общего. Он ошибался. Они оба ленивы или жизнерадостны, когда они хотят таковыми быть. Они смотрят одни и те же дурацкие ТВ-шоу и смеются над одними и теми же дурацкими шутками. Она мила с ним до тошноты, и, кажется, для Зейна, действительно, нет никого лучше Перри, придётся это признать.
А Лиам… Лиам был рад за них. Впервые он был счастлив за эту пару. Он понял это вчера, когда девушка чмокнула его в макушку прежде, чем забраться под одеяло и заснуть. Да, возможно, у него не будет Зейна, и это будет правильно. Будет правильно, что у Зейна будет кто-то другой, кто будет его тёплым лучом света в этой жизни.
И осознание этого буквально разрывало Пейна изнутри. Это было худшим, что могло случиться в жизни парня. Это было хуже, чем когда Зейн и Перри объявили о своих отношениях официально. Это было хуже, чем когда Эдвардс звонила Малику, а тот уносился к ней на встречу с глупой ухмылкой. Это было хуже, чем когда в свете софитов сверкнуло обручальное кольцо, а на сотнях интервью посыпались нескончаемые вопросы. Как будто всё это время какая-то часть Лиама убеждала его, что у парня есть шанс, но, на самом деле, никакого шанса не было.
Зейн был счастлив рядом с Перри, а Лиам хотел видеть его счастливым. Конечно, Пейн предпочёл бы, чтобы Малик был счастлив с ним, но — не суть — сейчас он был рад, что рядом с его другом есть та, кто искренне любит брюнета и заботится о нём. Действительно рад.
Какое-то время он просидел в ванной комнате, освобождая желудок от всего съеденного за день, затем поднялся на дрожащих ногах и, собрав вещи, перебрался в автобус. Проигнорировав вопрошающие взгляды членов группы, шатен забрался на свою полку и отгородился шторками от остального мира.
Конечно, вряд ли бы ему удалось избежать вопросов, в чём он убедился, когда шторки дёрнулись, и на его койку, не предупреждая и не спрашивая разрешения, забрался Зейн.
— Что случилось? — спросил брюнет, укладываясь рядом, — почему ты избегаешь нас?
— Я не в настроении, — мягко ответил младший парень.
— Что случилось? — настойчиво продолжил Зейн, сводя брови, — не закрывайся от меня, Ли, поговори со мной.
Лиам закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
— Я так счастлив за тебя, Зи, правда. Знаю, я никогда не говорил тебе этого раньше… насчёт помолвки… я очень рад за вас, — шатен открыл глаза, не видя ничего перед собой и молясь, чтобы старший парень не увидел подступающих слёз, — она очень милая, и я рад, что вам хорошо вместе. Прими мои поздравления.
Глаза Зейна ошеломлённо уставились прямо в его глаза.
— Чт… что?
— Она, правда, замечательная, — подчеркнул Пейн, — я рад за вас обоих. Я думаю…ты станешь прекрасным мужем, Зи.
— С чего это всё? — процедил Малик, — Перри… она что-то тебе сказала?
— Она много чего говорила, — прохрипел Лиам. Он перевёл дух и откинул голову назад, чтобы не смотреть на пакистанца.
— Она тебя очень любит, знаешь? Вряд ли можно мечтать о чём-то большем. Я очень-очень счастлив за тебя. Ты заслуживаешь того, кто будет делать тебя счастливым.
Лиам почувствовал, как слёзы струятся по его лицу, увлажняя подушку.
— Ли, — услышал он голос Зейна, — зачем ты…
— Я посплю, ты не против? — да, может, Малик и не увидит его слёзы, но услышит их в голосе, — я едва ли спал прошлой ночью и хочу немного вздремнуть.
— Ли, — снова попытался заговорить брюнет, и в его голосе промелькнуло что-то болезненное.
— Пожалуйста, оставь меня, — младший парень отчаянно стиснул одеяло.
Зейн издал задушенный звук, спрыгнул с кровати и резко задёрнул шторки. Лиам услышал удаляющиеся шаги.
— Что случилось? — раздался вопрос Гарри, — Зейн, …
— Оставь меня в покое, — огрызнулся брюнет, а Пейн засунул голову под подушку, чтоб уж наверняка.