— Абзац! — других слов у тёти по этому поводу не нашлось. То-есть, зная её, не сомневаюсь — нашлось и не мало, но произносить их в приличном обществе она воздержалась.
Тут от ёлки донёсся радостный вопль, Даша подпрыгнула чуть не до потолка, по ходу выскакивая из своей сетчатой накидки и неизменных браслетов. И через секунду раздался щелчок: она уже застегнула на бёдрах поясок из гранёных секций и нацепила на голову серебряную диадему… с ушками. А поясок был снабжён кошачьим хвостиком… Эдакая съёмная эмуляция неко-девочки. Очень, кстати, натуральная эмуляция: ушками можно шевелить, слух тоже улучшается. Хвост вполне себе двигается по желанию хозяйки. А весь комплект в общих чертах заменяет по своему функционалу обычный комплект браслетов. Правда обычный гражданский, а не то, что носят Даша с тётей.
Тётя среагировала на мой подарок Даше удивительно спокойно:
— Придушу. Обоих.
— А нас-то пошто? — снова удивился я. — Ну поиграется она в эти ушки с хвостиком, и что? Всё лучше, чем пришивать.
— Действительно, Лиз, — вставил своё веское слово доктор. — Пусть девочка поиграется. Глядишь, наиграется и бросит. А вот если пришить, это уже навсегда.
Тётя вздохнула, отмахнулась, мол, ладно.
А девочки, тем временем, начали какой-то странный кошачий танец. Как две встретившиеся кошки то ласкаясь друг к другу, то пытаясь подраться. Он кружили, то сближаясь, то отскакивая, очень грациозно копируя кошачьи движения. Удивительно синхронно и в то же время каждая сохраняла свой рисунок движений. По кошачьи перебирая руками, словно лапками. Прыжки сменялись тихими плавными движениями, в которых участвовали и хвосты и ушки. Короче, куда там до них гимнасткам и стриптизёршам моего времени! А ведь это ни разу не профессиональный спорт или балет! Видать, за прошедшие две тысячи лет искусство танца и в самом деле шагнуло в неведомые дали.
Я увлёкся этим зрелищем и из задумчивости меня вывела тётя:
— Интересно, сколько ты задолжал этому Абраму?
— Я? — я действительно был удивлён. — Почему задолжал? Вы же выделили мне достаточно большое содержание. Кстати, доктор, простите, пожалуйста, что я…
— Да прекрати! — выдохнул Арсений Емельяныч. — Ты мне уже такой подарок сделал! И мне и Кире!
— И вообще, не переводи тему! — снова встряла тётя. — Хочешь сказать, что после этих покупок у тебя ещё что-то осталось?
— Не, цены у него конечно, ломовые, но в процессе очень вежливой, но продолжительной беседы мы пришли к некоторому, взаимно приемлемому уровню. Так что получилось приемлемо.
Тётя на это глубоко задумалась.
А девочки, тем временем, закончили свой волшебный танец и продолжили разбирать подарки. А я продолжил дегустацию содержимого новогоднего стола. Кстати, селёдка под шубой в классическом исполнении тоже прилагается. Видать селёдка под шубой, как и оливье, за прошедшие тысячелетия перешагнули грань мирского и вступили в область вечных ценностей. Какое-то время я смотрел одним глазом на крутившееся на экране новогоднее шоу — эдакий голубой огонёк начала пятого тысячелетия. Песни, пляски, шутки-прибаутки. И, надо отдать должное, огонёк получился гораздо менее голубой, чем в моё время. В смысле, откровенно голубых и откровенных дураков там было гораздо меньше.
— Ну и как тебе эти пляски? — ткнула меня локтем в бок Даша, уже закончившая разбор подарков и вернувшаяся за стол.
— Вы с Кирой танцевали намного лучше! — честно ответил я.
Девушка на это просто расцвела и тут же предложила устроить танцы. Но победило другое предложение: Выйти на улицу и веселиться вместе с народом. Даша на это радостно захлопала в ладошки и мы высыпали на Ратушную площадь. В последний момент тётя умудрилась как-то ухватить дочку за хвост (в прямом смысле этого слова) и заставила её надеть её штатный набор браслетов и плащ-сетку. Кстати, мой подарок прекрасно интегрировался в этот защитный комплект.
На улице во всю шло гулянье. Пляски, фейерверки, всяческие представления и балаганы, мельтешение феечек в воздухе и гоблинов под ногами. При этом приветливые стражи (аналог привычных мне полицейских) в синих, шитых серебром кафтанах, ненавязчиво растаскивали желающих почесать кулаки (были тут и такие) и утаскивали совсем уж упившихся на проспаться.
— А феечек этими салютами не перебьют? — осторожно уточнил я у доктора.
— Хе! Не волнуйся! — радостно ответил тот.
И правда, только что запущенная из обычной картонной (сам потом проверил на ощупь) римской свечи салютина резко отвернула в сторону, облетела одну из феек по полукругу и снова вернулась на прежнюю траекторию. Правда рванула она над головой крылатой девушки, но разлетавшиеся огни резко погасли не долетев до летуньи нескольких сантиметров. А она радостно завизжала, взмахнула крыльями и с них посыпались радужные искры. Народ на земле встретил это овацией.
— И даже не вздумай заикнуться ей о том, что можно пришить крылья! — тихо шепнула мне тётя.
— Как бы сама не додумалась, — проворчал я в ответ.
Но, к счастью, Даша нас не услышала, её осенила другая идея:
