Ты не думай плохого и не рви волосы заранее – потом успеешь ещё – я откликнусь на все твои тёплые слова, на все тёплые вещи, в которые ты меня завернёшь, на все обнимания и поглаживания по голове. Я буду сначала злая, ты меня потерпишь, успокоишь, получишь, быть может, моим маленьким кулачком в глаз, но потом я тебя снова полюблю. И я это сказала вслух, да? Полюблю. Значит уже, да..
Полюблю как в первый раз, только ещё чуть больше.
Если буду кричать и брыкаться, плакать и топать ножкой, хватать тебя за волосы и заглядывать с надеждой в твои глаза – просто купи мне большой "Сникерс"; просто я проголодалась.
__________________________________________________________________________
You had to stay. Восьмоедыхание.
– Рэ, я просила тебя не врать мне. Сколько раз я говорила, что ты должен быть со мной честным. Ты мне сейчас делаешь больно. Охуенно больно – ты не представляешь, и хорошо, что не видишь этого. Не видишь, как я плачу – это единственное проявление чувств, или эмоций, или хер знает чего ещё в этой пизданутой жизни!! – которое я не проявляла при тебе. Я раскрылась – и ты воспользовался этим, воспользовался и попользовался мной, как очередной шлюшкой в твоей долгой или не очень жизни—в—сексе. Да, только он тебе и нужен был – тупой трах. Сегодня с утра я разбила стекло, точнее, маленькое зеркало, в которое разглядываю свою кожу – просто расхерачила его об пол и один или два осколка попали мне в руку; я пыталась их достать и порезала ещё два пальца, ходила по квартире и закапала кровью всё вокруг. Я смотрела в зеркало на себя, а отражался ты – какого чёрта? И я его разбила поэтому – мне отвратительна я, но ты отвратителен ещё больше – ложьложьложьложь, ты постоянно врёшь мне!
После тех двух дней, которые мы провели в ******, Рыж поехала в Иваново, чтобы попытаться закончить бракоразводный процесс или – как вариант – хотя бы его ускорить. Не знаю, каким образом она собиралась это сделать – Рыж не делилась со мной переживаниями об этой стороне своей жизни. Сказала, что у неё всё обязательно получится, что она вернёт свою прежнюю фамилию, что будет совсем свободная и счастливая.
В то время, когда она ехала в Иваново – на поезде – мы общались в мессенджере; всю ночь – спать ей не хотелось, видами из окна поезда она давно уже наелась, логично, что оставалось скучать или пытаться убить время за общением с кем—нибудь из многочисленных друзей/знакомых/поклонников. В эту ночь именно мои реплики выплывали облаком с написанными в нём словами, вторым облаком из двух.
