Сослуживица так засмеялась, что было понятно: у мужа ее, после этой Греции, отростков в рогах заметно прибавилось. Ветреная была коллега. Не то что Наталья.
«А с другой стороны, Наталья что – не женщина, что ли? – все больше и больше мрачнел Самолетов. – Вино ведь на отдыхе всем голову кружит. Пойдет Наташка после пляжа в бар, познакомится там с каким-нибудь нефтяником, у которого все карманы евро набиты. Он ее коктейлем угостит, потанцуют, погуляют вдоль берега моря… При желании даже в отель можно не возвращаться. На любом пляже пустых лежаков полным-полно».
Как ни гнал от себя Евгений Львович дурные мысли, все равно они лезли в голову.
«Одну жену отпускать нельзя, – решил Самолетов. – Даже если она святая, то все равно нельзя. Даже если она будет себя вести на отдыхе как примерная пионерка, то и тогда нельзя. Ни к чему рисковать на ровном месте. Пусть лучше дома посидит, ремонтом займется».
Но не тут-то было! Наталью Павловну свернуть с намеченного пути оказалось так же невозможно, как плевком остановить паровоз.
– Черт с ним, едем вместе! – окончательно сдался не выдержавший натиска муж. – Напишу в рапорте на отпуск, что проведу его в деревне у родителей, а сами рванем в Грецию. Бог не выдаст, свинья не съест!
Весной 2014 года все российские туристы, намеревающиеся отдохнуть в странах Европы, находились в подвешенном состоянии. Каждый день телевидение доносило до них вести о введении странами Евросоюза все новых и новых санкций в отношении России и ее отдельных граждан. К лету супруги Самолетовы стали серьезно опасаться, что развитие событий пойдет по худшему для них сценарию: либо страны ЕС запретят русским въезд на свою территорию, либо собственное правительство запретит выезд из страны.
Призрак «железного занавеса» возвращался. Санкции крепчали.
Второго июня украинские войска пошли на штурм Славянска, но получили там по зубам и на время затихли, зализывая раны и готовясь к новому наступлению.
Посмотрев репортаж об отражении атак на Славянск, Евгений Львович воскликнул:
– Все, привет, это начало гражданской войны! Теперь они не успокоятся, пока не разгромят повстанцев.
– Не могли они немного попозже войну начать, когда мы уедем! – сокрушалась Наталья. – Теперь точно границу перекроют. Далась Евросоюзу эта Украина, нашли из-за кого санкции вводить! Что-то когда они наш газ воровали, на них никто санкции не накладывал.
– Они же наш газ воровали, вот вся Европа и закрывала на это глаза. Попробовали бы хохлы у немцев газ спереть, те бы их живо придушили…
По телевизору между тем шел репортаж, что украинские националисты клеймят всех русских словами «ватники» и «колорады», мол, все русские ходят в стеганых телогрейках с георгиевскими ленточками на груди. «Колорадо» звучало из уст вчерашних братьев-украинцев особенно глупо, ведь колорадский жук-вредитель пришел на их поля не из России, а из горячо любимой Америки.
– Я думаю, Наташа, что в этом году нам выехать удастся, а вот на следующий год границу точно перекроют.
– Женя, – супруга обняла мужа, потерлась носом о его щеку, – если опасно, то черт с ней, с шубой, давай никуда не поедем! Посмотри, что в мире делается! Везде нас, русских, притеснять будут.
– Не говори ерунды и не путай бытовые отношения с политикой! Кто тебя в Греции притеснять будет, служащие отеля, что ли? Или торговцы сувенирами? Мы едем в самую дружелюбную к русским страну Европы, а не на Украину. Это на Украину теперь русским въезд запрещен, а в Грецию – добро пожаловать! Особенно, если деньги есть.
Будучи штабным офицером, Евгений Львович подошел к обеспечению безопасности отъезда со всей ответственностью. Уже за месяц до начала отпуска он, как бы между делом, оповестил всех сослуживцев, что этим летом будет отдыхать у родителей в отдаленной глухой деревне в соседней области. Сотовой связи в этой деревне нет, так что удивляться его отсутствию в зоне доступа не стоит. Тщательное изучение документов о запрещении сотрудникам полиции выезда за границу показало, что официального приказа на этот счет нет, а есть только директива с «рекомендациями». Отсутствие приказа гарантировало, что из МВД в пограничную службу не передали списки сотрудников, которым запрещен выезд за рубеж, то есть граница для него открыта.
«Итак, – рассуждал Самолетов, – я ухожу в отпуск и на две недели выпадаю из зоны общения с внешним миром. За две недели, надеюсь, катастрофы не произойдет, так что мое отсутствие в стране никто не заметит».
Под «катастрофой» Евгений подразумевал начало войны между Украиной и Россией или общегосударственный мятеж по примеру киевского майдана. Об опасностях, которые могут подстерегать российского полицейского в стране НАТО, он даже и не думал. Да и совершенно никто в стране не верил, что западные разведки спят и видят, как бы им опорочить честь какого-нибудь сотрудника ГАИ из поселка на реке Чулым.
И вот в середине июля долгожданный час настал, и супруги Самолетовы совершили семичасовой перелет из Новосибирска в аэропорт города Родос. Побег состоялся. Отпуск начался!
