Он с трудом удержался, чтобы не сплюнуть: о Национальной гвардии у Хертлинга было свое собственное мнение, и оно резко не совпадало с тем, которое считалось в правительстве США и даже Пентагоне «общепринятым». Впрочем, его мнение вообще достаточно часто не совпадало с мнением начальства, причем зачастую по ключевым вопросам. Было даже странным, что при этом ему поручили высокие должности последовательно в Объединенном комитете начальников штабов и штабе 7-й армии/Вооруженных Сил США в Европе и позволили командовать людьми на одной из последних настоящих больших войн. Вероятно, способность делать дело все же перевесила неудобство от того, что он вечно не согласен с кем-то из высших политиков, считающих себя интеллектуальным пупом земли.
— Минус… неделя? Десять дней?
— Не знаю, Дана. Просто не знаю. Ты сам видишь формулировку. И лично я не сомневаюсь, что это сделано специально. За любую ошибку будем отвечать мы и ребята.
— Как обычно.
Питтард вставил это короткое замечание в паузу, длина которой составляла буквально долю секунды. При этом оно было настолько точным, что командующий даже не кивнул — так оно совпало с его собственным мнением.
— Любой просчет, любая значимая утечка информации — и лишние тысячи наших мальчиков лягут прямо на границе, а то и прямо здесь, на территории этих баз. Мы даже не успеем сообразить, что происходит, — понимаешь, Дана? Вспышка — и мы превращаемся в пепел, и что будет потом, после нас — этого мы уже никогда не узнаем. И даже без этого, даже если они не решатся ударить первыми, задействовать ядерное оружие… Даже без этого сокращение срока подготовки на последнюю, самую важную неделю, — это отразится буквально во всем.
Генерал-лейтенант осекся, чувствуя, что говорит слишком много. Питтард понимал ситуацию не хуже его самого. То, что он командовал всего одной дивизией, не имело в данном случае большого значения. Проблема, или хотя бы ее важнейшая часть, была бы ясна и второму лейтенанту, впервые принявшему свой первый взвод и боящемуся собственного сержанта. И она абсолютно точно ясна адмиралу Ставридису. Джеймсу Дж. Ставридису, адмиралу Флота США, с 2009 года занимающему должность командующего Европейским командованием США и Верховному главнокомандующему объединенными Вооруженными Силами НАТО в Европе. Фактически являющемуся «отцом» всей операции.
Минус неделя или минус десять дней от изначально определенного срока выступления — это был фактор, который заставлял ломать и переклеивать наново и так-то едва собранную в единое целое систему планов. Да, сроки только на памяти Хертлинга переносились уже раз двадцать или двадцать пять, а о том, что было до момента, когда он получил допуск нужной категории, ныне трехзвездный генерал мог только гадать. План «Дропшот» был самым известным в истории великого противостояния — а после «Дропшота» их были, наверное, сотни. Но последний десяток дат был
— Возможно, в этом есть какая-то логика…
— А как же!
