За границей льдов (ЛП) полностью

— И как же это сработало с тем метеоритом и льдом? — спросил Глинн. — Они же она — твердые тела, а не жидкости?

— Метеорит состоял из никеля и железа, претерпевших сжижение от удара. Это обычное дело. Лед также преобразовался от ударной волны. Они смешались, и огромное количество воды вскипело в миллисекунду, вызвав мощный взрыв.

— И ты думаешь, такой эффект можно создать и с нашей бомбой? — спросил Гидеон. — На океанской глубине?

— Нет.

— Листы металла? — переспросил Глинн.

— На этом корабле должно быть огромное количество стальной обшивки. Мы могли бы срезать кучу переборок, уложить листы стали на дно, а затем взорвать бомбу прямо над ними — достаточно близко, чтобы ударная волна разжижила сталь.

— И сколько стали нужно? — протянул Глинн.

— Думаю, не меньше пары сотен тонн. Чем больше, тем лучше.

Тишина.

— Как ты предлагаешь нам доставить сотни тонн стали на глубину двух миль?

— Опустить на тросах.

— У нас два глубоководных троса и одна лебедка, — покачал головой Глинн. — Тросы предназначены для аварийного подъема батискафов и рассчитаны на массу не более 2500 фунтов. Понадобятся часы, чтобы опустить каждый лист. Даже если бы мы смогли снять с корабля достаточное количество обшивки, нам ни за что не успеть доставить к сроку на место столько металла. К тому же… хочешь сказать, что эта тварь будет просто сидеть и ждать, ничего не делая, пока мы будем методично складировать вокруг него железо?

— Мы могли бы сбросить металлические листы за борт, — пожал плечами Макферлейн. — Они затонут сами.

— Но они переориентируются в пространстве. Если они воткнуться в донный грунт вертикально, план сработает? — спросил Глинн.

— Нет, — поджал губы Макферлейн.

— Блестяще, — хмыкнул Глинн. — Жаль, но твоя затея невозможна, — и он снова направился к выходу. На этот раз его остановил Гидеон.

— Возможно, это безумие, но разве прямо там, на дне у нас уже не лежит огромное количество металла?

Глинн непонимающе нахмурился.

— Где?

— На «Ролвааге», конечно!

Грэг Мастерсон чувствовал, что теряет контроль над собравшимися в столовой. Кто-то принес пару бутылок скотча — Бог знает, откуда их смогли достать! — и теперь они передавались по кругу. Поднялся гомон, люди разговаривали друг с другом, обстановка накалялась, но ничего больше не происходило, кроме бесполезной болтовни.

Все это по-настоящему его злило. В отчаянии он взобрался на один из столов.

— Эй! Послушайте меня!

Но рев недовольства так и ни стих.

— Да слушайте вы, черт побери! — он громко топнул по столу. — Заткнитесь!

Это сработало: помещение постепенно погрузилось в тишину.

— Нам нужен план. И у меня он есть, — Мастерсон позволил себе паузу, чтобы мысль укоренилась в умах присутствующих. Здесь было около двадцати человек — в основном члены экипажа и несколько специалистов из числа научного персонала. Этого должно было быть достаточно. К тому же все эти люди выглядели довольно мотивированными для активных действий. — Вы готовы слушать?

Он умышленно стал говорить более тихо и мягко, и подобная тактика возымела должный эффект, погрузив помещение в полную тишину.

— Кто-нибудь, закройте и заприте дверь.

Указание было выполнено.

— Хорошо, — сказал Мастерсон. — Думаю, все мы знаем, что наша миссия потерпела неудачу.

В ответ прозвучал согласный ропот.

— По кораблю расползлась целая туча этих проклятых инопланетных червей! И они размножаются! Хотят слухи, что они расползаются по воздуховодам из машинного отделения. Они повсюду! — он сделал паузу. — И нам нужно убираться с этого корабля как можно быстрее.

Вновь прозвучал хор согласия. Мастерсон кожей чувствовал, как энергия аккумулировалась в этом помещении: люди действительно внимали ему, готовы были объединиться ради общего дела и следовать за ним. Он увидел, как бутылка скотча снова начала свое путешествие по рукам.

— Эй! Ну-ка уберите это пойло, Бога ради! Нам нужно сохранять ясный рассудок. Многие из нас уже под стимуляторами, так что не хватало еще и выпивки.

Люди подавленно застонали.

— Одному Богу известно, сколько на корабле зараженных. И установить это невозможно. Никак. Никак, пока не станет слишком поздно.

Люди вновь согласно замычали.

— О’кей. Самый близкий к нам порт — это Ушуайя, Аргентина. Он расположен в семистах морских милях к северо-западу отсюда. Если двинемся туда прямо сейчас на полной скорости, то доберемся до места через пятьдесят восемь часов.

И снова — хор согласия.

— Там, наверху, в Центре управления они продолжают работать, будто ничего не изменилось. Они все еще думают, что смогут убить этого монстра! Они сошли с ума!

— Или, возможно, они заражены! — выкрикнул кто-то.

— Это тоже возможно, — согласился Мастерсон. — Как я уже говорил, способа выяснить это, у нас нет. Все, что я знаю: через пятьдесят восемь часов мы могли бы покинуть этот корабль и оказаться в безопасности в Ушуайе.

Это замечание было встречено дружным ревом одобрения.