За границей льдов (ЛП) полностью

— Ладно, этот вариант отпадает. Тогда, как мы можем полностью изолировать машинное отделение? Отсюда есть другая дверь?

Монктон покачал головой.

— Эти переборки водонепроницаемы, но воздуховоды ведут прямо к палубе. Мы не можем их запечатать.

— Почему нет, черт побери?

— Без доступа воздуха двигатель не сможет работать, и корабль попросту встанет. Нет силовой установки — нет электроэнергии. К тому же, вентиляционные каналы опутывают каждый уголок судна и завязаны на системе климат-контроль.

Гарза покачал головой, вновь отерев лицо.

— Монктон, вы можете прислать мне схемы системы вентиляции корабля?

— Они по умолчанию уже загружены в сеть корабля.

Гарза кивнул.

— Похоже, эти твари размножаются в этом канале. Здесь их гораздо больше, чем сбежало изначально с образца, который доставили на борт. Итак, у нас новый приоритет. Я передислоцирую все команды безопасности, чтобы очистить воздуховод и точно определить источник размножения. И, шеф Монктон, вы поможете мне в этом деле.

В Центре управления миссией Глинн снова проиграл симуляцию ядерного взрыва, и все присутствующие в тишине просмотрели ее. Казалось, он искал что-то, что они упустили, но Гидеон знал, что искать нечего — учтено было все до мельчайших деталей. Взрыв попросту не способен достичь нужной глубины, на которой спрятаны яйца — вне зависимости от того, какие бы параметры они ни меняли.

Наконец, Глинн отключил монитор и отодвинул клавиатуру. Повисло долгое молчание, во время которого Гидеон с надеждой поглядывал на Макферлейна. Лицо ученого было мрачным и непроницаемым.

— Ну, хорошо, — сказал Глинн. — Мы все равно взорвем бомбу и будем молиться, чтобы это сработало.

В ответ Макферлейн издал горький смешок.

— Молиться, — повторил он. — И это — твой ответ?

— А у нас есть другой выбор? Время поджимает, — он качнул головой и повернулся. — Гидеон, подготовь бомбу.

— Ты не можешь этого сделать! — возразил Макферлейн. — Посмотри на себя, Эли: на тебя так давит чувство вины за то, что твое промедление стало причиной гибели «Ролваага», что теперь ты совершаешь противоположную ошибку — ты торопишься и хочешь совершить глупый, безрассудный поступок!

Глинн проигнорировал это замечание.

— Гидеон? Займись бомбой и загрузи ее в робота-подводника. Я откомандирую тебе весь персонал, который только потребуется, чтобы все было сделано как можно быстрее.

Гидеон снова видел фанатичный блеск в глазах Глинна, но понимал, что рассуждения его не лишены смысла: взорвать бомбу было их единственным вариантом. Заражение всех членов экипажа оставалось лишь вопросом времени… либо это, либо на корабле вот-вот наступит полная анархия. А бомба… она могла и сработать. С ее помощью главный инопланетный мозг был бы наверняка уничтожен и — как знать? — этого вполне могло оказаться достаточно. В конце концов, у них не было достоверных сведений о том, что необходимо уничтожить все мозги, чтобы окончательно убить существо.

— Это то, о чем предупреждал Ллойд, — проворчал Макферлейн. — Ты принимаешь эту операцию близко к сердцу! Твой разум затуманен. Ты собираешься обречь всех нас на гибель.

— Что ты предлагаешь? — раздраженно бросил Глинн. — Если мы не будем действовать… если не взорвем эту бомбу, весь мир будет обречен — это ты понимаешь? — он повернулся к Гидеону и повторил приказ. — Подготовь бомбу.

Гидеон тяжело вздохнул.

— Нет, — ответил он мгновение спустя. — Нет, Макферлейн прав. У нас есть только один шанс, и мы не можем позволить себе устроить взрыв и понадеяться на лучшее. Мы должны быть точно уверены, что это сработает. Должен быть другой способ.

— Если ты ее не подготовишь, это сделаю я, — Глинн шагнул к выходу, вознамерившись уйти.

— Подожди!

Гидеон оглянулся и заметил, что Макферлейн ухватил Глинна за руку. Лицо охотника за метеоритами казалось пустым, оно подернулось тенью и блестело от пота.

— У меня есть идея.

— Я слушаю, — прошипел Глинн.

— Несколько лет назад я исследовал Аклавик — необычный метеоритный кратер в северной Канаде. Одно, очень маленькое небесное тело привело к возникновению огромного… нет, лучше сказать, гигантского кратера. И я все раздумывал — как этот маленький камушек сумел произвести такой эффект.

Глинн, казалось, чуть успокоился.

— Продолжай.

— Я проконсультировался с несколькими физиками и выяснил, что удар метеорита пришелся на ледник. Похоже, их столкновение спровоцировало явление известное как физическая или термическая детонация[40].

— Я никогда ни о чем подобном не слышал, — с сомнением прищурился Глинн.

— Это большая редкость. Такое случается, когда принудительно смешиваются две жидкости: одна холодная и одна очень горячая. Это, в свою очередь, создает огромную площадь поверхности для мгновенной теплопередачи, и одна из жидкостей подвергается молниеносному, взрывному кипению. Кстати говоря, это большая проблема сталелитейных заводов. Если расплавленная сталь вырвется и потечет по влажному бетону, это может спровоцировать взрыв — я знаю, я работал на таком заводе три года назад.