– Тебе тоже стоит уяснить, что я буду делать то, что посчитаю нужным, не ища твоего одобрения. Мне и так надоело постоянно перед тобой оправдываться. Я за всю свою жизнь столько не оправдывалась, сколько с тобой. – Взяв небольшую паузу, я немного отдышалась и уже спокойнее продолжила, – нам не стоило снова в это погружаться. С самого начала было ясно, что быть вместе нам обоим противопоказано. Конфликты между нами неизбежны, и их будет становиться все больше, потому что никто из нас не будет уступать. Мы оба это знаем.
Я смотрела на сигарету в его руке, что медленно продолжала тлеть и осознала, что мы дошли до точки, где необходимо принять решение. Единственно верное в нашей ситуации. Слишком много было сказано с обеих сторон. Проигнорировать это и идти дальше не получится.
Меня начало морозить. Я потерла плечи, стараясь согреться, но это было бесполезно. Холод был внутри…
Макар сделал последнюю затяжку и затушил окурок в пепельнице.
– Я думаю, тебе стоит подумать, чего ты хочешь, Кира. И устраивает ли тебя то, что предлагаю тебе я.
Этот момент между нами я считала закономерным. Я знала, что так будет и была к этому готова. Случившееся не стало для меня неожиданностью. Просто не предполагала, что итог настанет так скоро. Но лучше раньше, чем позже. Сейчас я еще относительно легко для себя смогу разорвать эту связь. Даже хорошо, что так сегодня получилось.
Прижав к себе вертящегося у ног Аркашу, я ушла в комнату. Не позволяя себе сомневаться в своем решении, я подхватила с подоконника Гришу и направилась к выходу.
– За вещами я заеду завтра. Ключи от твоей квартиры оставлю на комоде.
Макар кивнул и прикурил новую сигарету.
Гриша вернулся на родной подоконник. Аркаша привыкал к новому жилищу, второй день ходя по моей квартире и все обнюхивая. А я старалась убедить себя в том, что сделала правильно, порвав с Макаром, но в груди все равно неприятно жгло.
Я всегда считала себя стойким, прагматичным, даже циничным человеком. Моральные терзания, переживания, слезы были от меня бесконечно далеки. Я не позволяла себе привязываться к мужчинам, вполне удовлетворяясь отношениями без обязательств. Такой формат был для меня идеальным. Мне слишком нравилась моя жизнь в том виде, в котором она есть, менять я ничего не хотела.
Я горько усмехнулась. Как стремительно, почти не сопротивляясь, я позволила Макару разрушить привычный уклад моей жизни и перевернуть в ней все верх дном. День за днем Макар проникал все глубже, я а проваливала попытки запретить ему это. Я будто со стороны наблюдала за происходящим, замечая, что увязаю во всем этом все больше и больше, но остановить это у меня не получалось. Теперь расплачиваюсь за свою беспечность.
Выходные прошли тяжело. Я так привыкла к присутствию Макара в моей жизни, что сейчас ощущала себя непривычно. Я вернулась в свою прежнюю жизнь, но радости от этого не испытывала. Я старалась вести себя так, будто ничего не случилось, но это было похоже на самообман. Душевных терзаний избежать не удалось. Выйти из этой связи без потерь у меня не получилось. И теперь закономерный итог: моя спокойная и размеренная жизнь в руинах. Но я была уверена, что справлюсь со всем этим.
К понедельнику стало чуть легче, но незначительно. Я надеялась, что работа меня взбодрит и увлечет, но этого не случилось. Всю неделю мне приходилось силой заставлять себя сосредотачиваться на текущих задачах. Иногда получалось, но чаще нет. И меня это злило. Пришлось перенести две встречи, потому что я просто была не в состоянии вести переговоры. Впервые моя личная жизнь отразилась на работе. Меня это в корне не устраивало.
– Твой кофе, – поставила я перед Денисом чашку. – Доброе утро.
– Сегодня с чем? – С подозрением спросил он.
– Просто черный. – Во мне больше не было желания пакостить ему, но свой проигрыш я продолжала отрабатывать.
Денис посмотрел на меня и через пару секунд нахмурился.
– Ты в порядке?
– В полном. Дай мне документы по «Трансстрою». Секретарь сказала, они до сих пор у тебя.
– Я же вижу, что-то случилось. Можем поговорить, если хочешь, – не сводил он с меня глаз, несказанно этим нервируя.
– У меня все в порядке, – повторила я и потянула папку, которую Денис не спешил мне отдавать. Я с раздражением посмотрела ему в глаза. – Ну что еще?
– Я серьезно, Кир. Что случилось? Давай поговорим. Мы же не чужие друг другу люди.
Когда Денис выключал в себе режим озабоченного кобеля, то с ним вполне можно было иметь дело, но сейчас мне меньше всего надо, чтобы кто-то копался в том, что происходит у меня в душе. Я и сама не хочу туда заглядывать.
– Некогда мне с тобой беседы вести.
– Дело в твоем Отелло? Из-за него ты такая?
– Отвали. – Грубо, но зато действенно.
