Ноэль чувствовала себя жаждущей и возбужденной. Это было то самое любопытство, которое заставило ее подружиться с не теми девушками в школе, интерес, который привел ее в темную комнату с молодым человеком, который притворялся, что знает, что делает. Он неуклюжими пальцами возился у нее под платьем целых двадцать минут, но это не было и вполовину так возбуждающе, как голос Джаспера над ухом.
Может, он думал, что она хочет бежать, что она такая же трусливая, как и невежественная. Упрямство заставило ее идти вперед, повинуясь его руке на спине.
— Я не могу себе представить что-то еще более развратное, если ты не подскажешь мне.
Прежде чем он смог ответить, из-за двери показалась Лекс.
— Ты опаздываешь, дорогая. Я собиралась начать без тебя.
— Начать? Начать
Он поднял бровь.
— Сегодняшний вечер?
Лекс медленно ухмыльнулась.
— Если нет какой-то причины, по которой она не может быть здесь. — Она протянула руку и ухватилась за кружева, притягивая Ноэль к себе. — Я покажу тебе, как держать всех этих ублюдков на коротком поводке. Джас сможет смотреть.
Он тоже ухватился за ее платье, его рука крепко держала ткань.
— Тебе не нужно ничего делать, можешь только смотреть. Помни это.
Ноэль представляла, как вдвоем разорвут ее платье в клочья. Это было странно захватывающе — оказаться в ловушке между ними. Жесткое тело Джаспера сзади, мягкие формы Лекс прижимаются к ее груди. Она могла себе представить, как целует Лекс — как те девушки в кино — пока руки Джаспера бродят по ее телу, пальцы гладят, дразнят, касаются…
В недоумении Ноэль снова посмотрела на него.
— Ты не против?
Он наклонился и дотронулся языком до угла ее рта.
— Иди. Пусть она покажет тебе несколько трюков. Ты могла бы опробовать их на мне.
Ноэль облизала место, где язык коснулся ее рта, жалея, что не может ощутить вкус Джаса на своей коже.
— Чему ты будешь меня учить?
— Всему самому лучшему. — Лекс положила руку Ноэль на плечо и повела ее через дверь, мимо женщины с цепями на сосках. — А здесь Даллас проводит свои вечеринки.
Вдоль стен стояли диваны, в центре зала были раскиданы подушки. Между диванами, на диванах, на подушках и поодаль — везде были люди. Некоторые тихо переговаривались, смеясь, в то время как другие стонали и ахали, когда их тела двигались в одном ритме. Невозможно было сказать, где заканчивался один и начинался другой. Ноэль видела метры и метры голой кожи, и никто не стеснялся… все было совсем не как в Эдеме.
Они
Отвести взгляд было просто некуда. Ноэль не могла решить, куда посмотреть.
— Наши вечеринки были… не такими.
Лекс засмеялась и поцеловала ее в щеку.
— У нас веселее. Идем же.
Возвышение в дальнем конце комнаты занимал диван. Даллас сидел — нет, он
— Ей только косичек не хватает. Отлично сыграно, Лекс.
— Я не такая коварная, милый. Она сама выбрала этот наряд. — Лекс наклонилась к уху Ноэль. — Видишь этот взгляд? Он думает о тебе. Хочет видеть тебя на коленях, когда ты будешь ласкать своим розовым язычком его член.
Ноэль думала, что Даллас будет сосредоточен только на Лекс, но когда эти стальные серебряные глаза поглядели в ее глаза, она с трудом удержалась, чтобы не упасть перед ним на колени — она
Даллас улыбнулся, как будто мог читать ее мысли.
— Что ты думаешь, Лекси моя любовь? Все еще застенчивая или просто восхитительно покорная?
Рука Лекс скользнула в волосы Ноэль и потянула, заставив ее откинуть голову. Ноэль ахнула: во-первых, потому что резкий рывок был почти болезненным, и, во-вторых, потому что губы Лекс коснулись ее шеи, и язык чуть грубовато лизнул кожу.
Лекс отстранилась.
— И то, и другое.
С головой, все еще откинутой назад, Ноэль могла только захныкать и закрыть глаза, чувствуя, что возбуждается. Даллас как будто прочел и эту мысль, потому что засмеялся.
— Грязная девочка. Поставь ее на колени рядом со мной, прежде чем я посажу тебя на свои колени. Если только ты не хочешь сначала показать ей эту часть.
— Веди себя прилично. — Лекс царапнула ногтями по его голой груди и опустилась на колени у его ног, в ожидании глядя на Ноэль. Ее пальцы коснулись пряжки ремня Далласа.
Лекс была такой храброй. Казалось, в этом нет ничего такого. Ноэль попыталась отрешиться от наблюдателей, напоминая себе, что людям на вечеринке есть чем заняться — и это куда более увлекательно, нежели смотреть на нее. Вот только глянув через плечо, она заметила, что многие мужчины смотрят на нее. Очень откровенно. И если Даллас представлял себе ее язык, это эти мускулистые мужчины с жутковатыми татуировками и ленивыми, жадными улыбками представляли себе вещи гораздо более вульгарные.
Она повернулась и увидела, что Лекс уже расстегнула ремень брюк Далласа. Ноэль подняла взгляд, и он кивнул в знак понимания.
