Пугающее существо медленно шагнуло ближе. Нечисть не всегда жила дружно. Лихо вечно враждовали с лешими, а черти часто несправедливо отбирали их добычу. Но никто из них никогда не причинял другому настоящего вреда. Нечисть не может погибнуть от рук нечисти, а одно лихо никогда не пойдёт против другого.
Рада стояла, не готовая принять решение. Лихо тянул к ней руки. Он давно искал возможности поговорить с повязанной, но не мог — леший не пускал его. А зря, очень зря. Ведь лихо специально шёл издалека, чтобы принести повязанной очень, очень важные вести. Вести, которые повязанная очень хочет узнать, хоть и не знает об этом. Вести, которые касаются жизни и смерти.
Жизни, смерти… Смерть совсем недавно дышала Раде в затылок, а жизнь сейчас одуряюще пахла нагретым на солнце грунтом. В прошлый раз об опасности повязанную предупредила вила, неужели теперь этот лихо преисполнился альтруизма?
— Ты про чью жизнь и смерть?
В альтруизм выпучившего свой глаз существа Раде не верилось, а лихо развёл руками. Он не мог объяснить так, как есть: ему нужно было обрести речь. Повязанной не стоило бояться за себя, важнее было подумать о другом человеке.
Раду вдруг осенило: Кот. Кто знает, что могло случиться с его вывалившейся в мир нечисти душой? Тревога пересилила недоверие, и девушка неохотно кивнула.
— Ладно. Хорошо. — Она насупилась и вновь впилась ногтями в ладони. — Поговорим.
Омерзительный момент прикосновения заставил её содрогнуться. Волосы на руках встали дыбом, по спине пробежали мурашки, горло сжалось, готовое к так и не случившемуся приступу тошноты. Прикосновение не длилось и секунды, но, по мнению Рады, оказалась чересчур долгим.
Лихо отступил на шаг и начал говорить. Его губы не шевелились, но неприятный голос, шуршащий, как наждачная бумага, раздался у Рады в голове.
— Я знаю то, что повязанная хочет знать. Я не враг повязанной, но и не друг. Я пришёл не оказать милость, но предложить сделку. Выгодную, очень выгодную сделку.
— Выгодную кому? — буркнула Рада. Заключать сделки с лихо ей не хотелось, а от его голоса как будто бы зачесался мозг.
— Всем. Прежде чем отказаться, выслушай, что я хочу тебе предложить.
— И что это?
— Жизнь Бессмертного.
— Что?!
Довольный смятением повязанной, лихо улыбнулся, оголив острые зубы.
— Секрет Бессмертного перестал быть секретом, охота на него и тех, кто с ним, уже началась. Заключи со мной сделку и ты узнаешь, кто идёт за ним по пятам.
Карие глаза Миши грустно смотрели на Раду из глубины её памяти. Огромный, сильный, неуязвимый, добрый, внимательный и печальный. Он посветил свою жизнь тому, чтобы спасать и защищать людей, но кто мог спасти и защитить его теперь? Рада подняла взгляд, заглядывая лихо прямо в глаз. Радужек в глазу не было: только большой чёрный зрачок на красноватом белке.
— Чего ты хочешь взамен?
— Впусти меня в своё тело.
На этот раз горло сжалось настолько, что стало сложно дышать.
— Ещё чего!..
— Ты даже не заметишь, — со скрипом склоняя свою голову ближе к попятившейся Раде, пообещал лихо. — Ты повязанная, а значит, я не смогу завладеть твоим телом целиком и никогда не наврежу тебе лично. Я обещаю не вредить людям вокруг тебя тоже. Я буду брать лишь то, что уже есть. Тебя окружает много боли, повязанная, много чувств, которые я хочу. Впусти меня в своё тело и позволь насытиться ими, и мне больше никогда не придётся охотиться. Если захочешь, ты сможешь разделить со мной свои мысли. Я узнаю имена людей, которые знаешь ты, и начну ощущать их чувства. Тогда об этих чувствах узнаешь и ты. Это хорошая сделка. Она хороша сама по себе, но ты получишь ещё больше. Ты получишь мои знания о Бессмертном и о том, что ему грозит. Тебе ведь нравится это, повязанная?
— Нет! — Кровь ударила в голову.
— Ты уверена, повязанная?
— Да.
— Точно?
— Убирайся прочь!
— Даже ради Бессмертного?
Рада замешкалась всего на миг, но, краем глаза заметив острозубую улыбку лихо, вздрогнула и с силой топнула ногой по шпале.
— Другие люди не бессмертные, но как-то не умирают, вот и он сможет. Мне с тобой говорить больше не о чем. Пошёл вон!
Набрав полные лёгкие воздуха, она кинулась вперёд, поднырнула под рукой лихо и, оказавшись у него за спиной, побежала прочь. Несколько шпал спустя Рада обернулась и с облегчением поняла, что её не преследуют. И только тихий шуршащий голос в последний раз прошептал внутри её головы:
— Если передумаешь, только позови.
Нарисованный потускневшей от времени розовой краской мультяшный осьминог обнимал вывеску «БОЖЕСТВЕННЫЕ ПОРИСУЛЬКИ». Вывеска красовалась на остатках частично обрушившегося козырька над зданием бывшей школы и на первый взгляд казалась самой устойчивой конструкцией здания — проще говоря, создавала совершенно ложное впечатление.
