Алекс могла найти тысячи причин, почему не следовало целовать его, но не сделать это снова было куда хуже любой из этих причин. Однако она даже не успела решить, что делать, – Артур поцеловал её сам. Они лежали под звёздами и целовались до самого утра, пока лунный свет, который вбирало в себя зелье, не поблёк.
Не стоило Коннеру полагаться на друзей Робина Гуда. На следующее утро после спасения от шерифа Ноттингемского Коннер велел Маленькому Джону и Уиллу Скарлету найти два ингредиента для зелья-портала. Несколько часов спустя те вернулись, но оказалось, что они выполнили требование Коннера с точностью до наоборот.
Маленький Джон притащил в лагерь срубленное дерево и с гордостью вручил его Коннеру. Вот только деревце было молодое и поросшее свежей зелёной листвой.
– Я подумал, тебе захочется самому выбрать ветку, поэтому принёс целое дерево, – объяснил Джон.
Вслед за ним явился Уилл Скарлет и приволок клетку, в которой сидел фазан. Но птица была такой старой, что все оставшиеся перья её посерели. А дышала она так тяжело, что казалось, будто каждый вздох мог стать последним.
– Я нашёл его в лесу, – заявил Уилл Скарлет. – Он даже не пытался улететь, когда я его поймал и посадил в клетку.
Коннер вздохнул и устало потёр глаза.
– Спасибо вам, конечно, но вы перепутали все мои указания. Мне нужны ветвь самого старого дерева в лесу и перо самой красивой птицы!
Маленький Джон и Уилл Скарлет принялись оправдываться, сваливая вину друг на друга.
– Я-то так и понял, а вот он сказал, что тебе нужен самый старый фазан! – воскликнул Уилл Скарлет.
– Нет, это ты мне сказал, что ему нужно самое красивое дерево! – возразил Маленький Джон.
– Я такого не говорил!
– Нет, говорил!
Коннер встал между спорщиками, потому что те уже потянулись за оружием.
– Хватит ругаться! Вы должны снова пойти в лес. Но в этот раз с вами отправятся Железный Дровосек и Питер, чтобы вы больше ничего не перепутали.
Уходя обратно в лес, они встретили Робина Гуда, который наконец-то приехал оттуда, куда накануне его отправил Коннер.
– Я ВЕРНУЛСЯ! – провозгласил Робин.
– Ты привёз замок и ключ леди Мэриан? – спросил Коннер.
Робин Гуд соскочил с лошади, лучась от радости, но улыбка тут же слетела с его лица.
– НЕТ. Я ПОДВЁЛ ТЕБЯ, ЧАРОДЕЙ. Я ВСЮ НОЧЬ ПРОСИДЕЛ ПОД ОКНОМ ЛЕДИ МЭРИАН, ВСЯЧЕСКИ ДАВАЛ ЕЙ ПОНЯТЬ, ЧТО ПРИШЁЛ, и ЗВАЛ ЕЁ, НО ОНА ДАЖЕ НЕ ОТКРЫЛА ОКНО.
– Чёрт возьми, – выругался Коннер. – У кого-нибудь ещё здесь есть подружка?
В лагере остались только Алан из лощины и брат Тук, но у тех вряд ли могли быть дамы сердца.
– Ладно, забейте, – вздохнул Коннер. – Робин, можешь вернуться вечером к замку и снова попытаться расположить к себе леди Мэриан?
– ДЛЯ ТЕБЯ ВСЁ ЧТО УГОДНО, ЧАРОДЕЙ. НО, БОЮСЬ, ПРОКУ ОТ ЭТОГО НЕ БУДЕТ. У МЕНЯ ТАКОЕ ЧУВСТВО, ЧТО МЫ с ЛЕДИ МЭРИАН ОТДАЛИЛИСЬ ДРУГ ОТ ДРУГА. И ДАЖЕ ЕСЛИ я ВОЗЬМУ у НЕЁ ЗАМОК и КЛЮЧ, ОНИ МОГУТ НЕ ПОДОЙТИ ДЛЯ ТВОЕГО ЗЕЛЬЯ.
Коннер шлёпнул себя ладонью по лбу от досады – ну как же ему не везёт! Но если он хочет попасть домой, то в первую очередь нужно помочь Робину Гуду разобраться в делах сердечных.
– Робин, давай поболтаем, – сказал он.
– ЧТО ПОБОЛТАЕМ, ВЕЛИКИЙ ЧАРОДЕЙ? – спросил Робин.
– Поговорим. Давай сядем и поговорим.
Коннер уселся у костра, Робин пристроился напротив.
– Позволь задать тебе вопрос, – начал Коннер. – Когда ты разговариваешь с леди Мэриан, ТЫ ВСЕГДА ГОВОРИШЬ ВОТ ТАК?!
Робин взглянул на него удивлённо:
– НИ к ЧЕМУ ТАК КРИЧАТЬ, ЧАРОДЕЙ. У МЕНЯ ОТМЕННЫЙ СЛУХ. ПРЯМО КАК у ЛИСЫ.
Коннер закатил глаза. За всю жизнь ему ещё не встречался такой тугодум. По сравнению с ним, Красная Шапочка была просто семи пядей во лбу.
– Робин, не знаю, как сказать помягче, но слушать твой громкий голос – сущая пытка. Скорее всего, леди Мэриан хочется побыть одной, чтобы её уши отдохнули. Сегодня, когда будешь её звать, разговаривай потише, как будто с ребёнком.
– С РЕБЁНКОМ? – переспросил Робин. Коннер поспешно прижал палец к его рту.
– Гораздо тише, чем сейчас, – прошептал Коннер. – Представь, что Мэриан – это нежное дитя с чувствительным слухом.
Робин ничего не понял, но решил повиноваться любому повелению чародея.
– Следующий вопрос, – продолжил Коннер. – О чём вы с Мэриан говорите, когда вы наедине?
– О СВЕРЖЕНИИ ПРИНЦА ДЖОНА и ВОЗВРАЩЕНИИ БЫЛОГО ВЕЛИЧИЯ НОТТИНГЕМА!
– Так вот, сегодня просто спроси, как она поживает, – сказал Коннер. – Поинтересуйся, как у неё прошёл день. Похвали её наряд. Спроси, не подстригла ли она волосы.
– НО ВОЛОСЫ ЛЕДИ МЭРИАН ВСЕГДА СКРЫТЫ ПОД ВУАЛЬЮ, – возразил Робин.
– Да неважно. Девушкам нравится чувствовать себя особенными. Им не хочется постоянно слушать о сражениях, грабежах, и чем вы там с друзьями ещё занимаетесь. Им хочется знать, какие чувства к ним испытывают, что ты чувствуешь, когда она с тобой.
– С ЛЕДИ МЭРИАН я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ САМЫМ СЧАСТЛИВЫМ ЧЕЛОВЕКОМ в НОТТИНГЕМЕ! – признался Робин Гуд.
– Супер! Вот и скажи ей об этом.
По лицу Робина было понятно, что ему никогда не приходило в голову проявить учтивость.
