– Жив, нян-нян. Мы удалили остатки крыльев, кярун, и перевязали. Но за ним нужен уход, нян-нян. Проще было бы отправить бравого Даэва на кибелиск, кярун, чтобы он возродился, как новенький, нян-нян. Но, если я прав, лучше этого не делать, кярун.
– Почему? – девушка не отпускала зверька и пристально смотрела на него. Он прятал глаза и говорил, опустив голову.
– Я полагаю, что Ваш Даэв болен, кярун. Его отравили жрецы, нян-нян.
– Какие жрецы? О чём Вы говорите?
– Жрецы Асмодеи, конечно же, кярун.
– От этого можно вылечиться?
– Не думаю, нян-нян…
– Можно к нему зайти?
Существо кивнуло и шагнуло в сторону. Эви вынуждена была его отпустить. Она робко подошла к двери и осторожно нажала на ручку. Пригнувшись, чтобы не удариться, девушка вошла внутрь. На маленькой кровати лежал укутанный в несколько одеял асмодианин. Его ноги свисали вниз – места для них просто не было. Мужчина тяжело дышал, его глаза были закрыты.
Элийка села возле руки Даэва. Она дотронулась ладонью до его лба.
– О, Айон, у Вас жар… – прошептала она и вдруг чуть не закричала – Териан резко открыл глаза.
– Ничего… Пройдёт… – пробормотал он и устремил взгляд на девушку. – Спасибо тебе…
– Вы мне помогли, не стоит благодарности, – она застенчиво убрала руку со лба Даэва. – Доктор сказал, Вы больны…
– Может и так, – мужчина перевёл глаза и уставился в потолок. – Айон видит, я это заслужил.
– Там, в пещере, Вы сказали, что раны затягиваются за считанные часы… А сейчас…
– Всё немного изменилось, – он попытался улыбнуться. – Отныне придётся дорожить своей шкурой…
Эви ничего не сказала: и дураку было понятно, что асмодианин не настроен на беседу.
«Наверное, ему до сих пор больно… – подумала она. – Кто же Вас так?..»
Териан Лекас медленно закрыл глаза, словно засыпая. Девушка посидела с ним ещё несколько минут, а потом тихонько встала и пошагала к двери.
– Останься… – прохрипел Даэв. Девушка обернулась, в раздумьях застыла на пару мгновений, но всё-таки решила вернуться к нему. Бессмертный вновь почувствовал тепло, исходившее от элийки. Он слышал её тихое дыхание и ощущал на себе глубокий взгляд больших голубых глаз.
– Сколько Вам лет? – спросила она спустя минуты тишины.
Асмодианин подумал и ответил:
– Восемьсот восемьдесят пять…
– Ничего себе… – сказала она, поймав себя на том, что произнесла это вслух. – Сейчас восемьсот шестьдесят третий год… То есть, Вы родились до Катаклизма? – заинтересованно спросила девушка, продвинувшись ближе к мужчине.
Он легонько кивнул в ответ, так и не открыв глаза.
– Каков он был… мир, в смысле… тогда, до падения Башни?..
– Он был прекрасен… Очень похож на Элиос, – почти шёпотом говорил Даэв. – Зелёные поля, луга, синие реки, моря, озёра… Как в сказке…
– Вы видели Катаклизм?.. – с нотками страха спросила Эви. Она боялась ответа на этот вопрос.
– Да…
«О, Айон… Кто же Вы такой?..» – пролетело в голове у девушки.
– Балауры виновны в этом… Запомни… – тихо произнёс бессмертный.
– Запомнила… А что было потом?..
– Тьма… И холод.
– Как Вы стали… асмодианином? – Эви нервничала и не могла просто усидеть на месте. Она впервые разговаривала с тем, кто видел зарождение того мира, в котором она привыкла жить.
– Меня обратил Асфель, Владыка Севера.
– Сам Лорд Асфель? – удивлённо спросила она.
– Он лично обращал всех Даэвов… И меня в том числе.
– Как он выглядит?..
– Мужчина… красивый, наверное… Его лицо мне не запомнилось… Слишком это было давно, – протянул он.
– Выходит, Вы были человеком… когда-то, – немного расстроенно промолвила девушка.
– Да… Светлые волосы, белая кожа. Каждый раз вспоминаю то далёкое время. Оно уже не вернётся… А жаль…
Вновь нависла пауза. От слов асмодианина на душе девушки почему-то стало грустно.
– Расскажите о себе… – тихо попросила она.
Даэв вздохнул и сказал:
– В моей жизни нет ничего интересного… И я очень устал.
– Мне уйти?
– Нет, посиди здесь… Так мне спокойнее…
«Спокойнее? Ничего себе! Ладно… Наверное, больно умирать каждый раз… Как же Вы жили так долго, Териан Лекас?..» – Эви внимательно рассматривала лицо асмодианина, машинально задавая себе всякие вопросы.
«Кажется, уснул… – подумала она. Но знать наверняка девушка не могла. Даэв мог просто притворяться, как раньше. – Пусть отдыхает».
Она незаметно встала с постели и маленькими шажочками подошла к двери. Осторожно открыв её, элийка выскочила из комнатки, чтобы не тревожить больше асмодианина.
Териан Лекас приходил в себя несколько дней. Раны затягивались быстро – снадобья давали целебный эффект. Всё это время Эви заботилась о нём: приносила еду к нему в покои, делала перевязки. Даэв почти ничего не говорил, а лишь смотрел на девушку с загадочным видом. Она знала, что он скрывает от неё многое. Да что там, Эви только его имя и возраст знала, больше ничего! А рассказывать о себе бессмертный не хотел, почему – непонятно. Да и элийка не вдавалась особо в расспросы: во-первых, зачем лишний раз тревожить больного, а во-вторых… ну, если не хочет, пусть молчит. Всё равно когда-нибудь, да взболтнёт что-то.
***
Арэшурат. Западная крепость Сиэли.
Даймон вернулся в форт. Мир переворачивался у него на глазах.
