В зале военачальника небесной столицы царило напряжение. Стуча пальцами по подлокотнику, на троне восседал Фаметес ан Ривен и угрюмо смотрел в блестящий пол. Перед ним молча стояли командующие, офицеры и Даэвы, принимавшие участие в штурме крепости Белуслана, и ждали, когда их правитель соизволит начать не очень приятный разговор.
– Выйти всем, кроме командующей армией и лидером бессмертных, – наконец, донеслось из его уст.
Толпа переглянулась и молча вышла из зала, прикрыв за собой массивные двустворчатые двери. Перед Фаметесом остались стоять только Невма и Белатрисс.
Военачальник тяжело вздохнул, встал с трона и подошёл к окну. Солнце ярко светило в глаза юноше, но он старался не щуриться, а, казалось бы, разглядеть в нём что-то. Пушистые облака мягкой периной расстелились под башней Храма Стражников, скрывая Элизиум от посторонних глаз. Спустя минуту Фаметес повернулся к воительницам и заговорил:
– Сегодня утром мне лично доставили письмо от некого Квасира – легата первого легиона Пандемониума. Кроме подробностей убийства в нём содержались угрозы… Я не считаю целесообразным читать их сейчас… Я уже выслал ему ответ, в котором заверил его в моей непричастности к случившемуся, а также пообещал оказать активное содействие в поиске виновных, – он приблизился к женщинам. – Квасир передал, что на диверсантах была форма стражей Элизиума. Со складов в последнее время ничего не пропадало. Да и все легионеры – на своих постах… Я проверил это лично.
– Выходит, форма была подделкой, – отозвалась Невма, выдерживая каменное лицо и пряча руки за спиной.
– Или её украли давно… – промолвил Фаметес. – Нападавших было семеро. Они сдали оружие и вошли в зал. Там была охрана из более чем десяти аканов… Но убийц это не остановило. Стражники снаружи услышали шум и крики, они ворвались и увидели, как все находившиеся там асмодиане лежали на полу в неестественных позах с перерезанными глотками. Все, включая военачальника Пандемониума и его личного переводчика. Элийцев и след простыл. Куда они могли скрыться из зала – неизвестно: на окнах решётки, у дверей – патруль. Либо это были Даэвы, – юноша недвусмысленно посмотрел на Белатрисс, – Либо легат Квасир что-то не договаривает…
– Все Даэвы были на церемонии похорон, – уверенно произнесла волшебница. – Я лично за это ручаюсь.
– С чего Вы взяли, что элийцы там вообще были? – промолвила рыжеволосая командующая. – Может, асмодиане хотят подставить нас. Они инсценировали смерть неугодного военачальника, а вину решили скинуть на нас.
– Я не отрицаю и такой возможности… – промычал правитель, пряча взгляд.
– Мы это не узнаем, если… – начала было Невма, но Фаметес её перебил.
– Асмодиане в письме дали чётко понять, что впредь ни один элиец не ступит на их землю.
Белатрисс ухмыльнулась:
– Ещё бы…
– Кто это мог сделать? – спросила Невма, хотя понимала, что однозначного ответа никто не даст.
– Кто угодно, – начала Трисс. – Любой, кто знал, как выглядит наша форма и печать: начиная от риваровцев, заканчивая балаурами.
– Печать? – насторожился Фаметес. – Какая печать?..
Волшебница растерялась. Она попыталась что-то промычать, но от удивлённых взглядов военачальника и командующей девушке стало не по себе.
– Териан Лекас сказал, что Видару пришло письмо якобы от Вас… – робко пробормотала бессмертная. – И на нём была элийская печать.
– Когда же он тебе это сказал? – с Трисс не сходил подозрительный взгляд Невмы.
– Когда предупредил об опасности, – соврала девушка и нахмурилась. Ей не нравился тон её смертной собеседницы.
– Тогда ситуация осложняется… – задумался юный правитель. – Повстанцы не могли иметь образец моей печатки…
– Зато могли асмодиане и балауры, – напомнила Белатрисс. – Сомневаюсь, что за столько лет войны они ни разу не перехватывали секретные письма. Особенно, если учесть то, что мы частенько пользовались услугами шиго… А этим хитрым и мелочным зверькам нельзя доверять.
– В общем, мы знаем то, что ничего не знаем… – подытожил Фаметес, задумчиво расхаживая по залу. – Ясно понимаем мы только одно: отношений с асмодианами наладить уже не получится. Нужно передать указания военачальникам усилить патрули и укрепить форты. Готов поспорить, что асмодиане уже планируют вторжение в Элиос во имя мести…
– Что Вы прикажете? – отозвалась командующая.
– Держать ухо востро… – вздохнул военачальник. – И быть готовым к самой скорой мобилизации. Эх, как же мне сейчас не хватает советника…
Лицо Невмы слегка исказилось от слов Фаметеса.
– Простите, господин военачальник, но… мобилизации кого? Я потеряла треть своих людей – это тысяча человек. Тысячу мне пришлось похоронить в снегах Асмодеи! Почти семь сотен погибли в битве за крепость и в походе, ещё триста мы потеряли, когда эвакуировались из этого проклятого края. Мне пришлось оставить их там умирать, господин Фаметес! О какой мобилизации может идти речь?
Военачальник тяжело вздохнул.
