– Они встретили смерть во славу Элиоса, – он подошёл и положил руку на плечо воительницы. – Мне очень и очень жаль. Я объявлю траур и произнесу заявление, но большего сделать уже не в силах. А война продолжается. Я так желал перемирия, но, видимо, кто-то решил иначе. Кому-то выгодно продолжение этой войны…
– Во время перемирия не умирают люди, господин военачальник, – сухо произнесла Невма, не обращая внимания на жест Фаметеса. – Если бы перед тем, как отправлять легионы в Асмодею, Вы бы спросили моего мнения, я бы Вам ответила, что это…
– Довольно, прошлого не изменить, – перебила её Белатрисс. – Господин Фаметес, я расслышала Ваши слова о том, что Вам не хватает советника… А как же Канеус? Что с ним?
Правитель закрыл глаза. Пришлось поделиться ещё одной дурной вестью.
– Канеус развоплотился, Белатрисс… Мне жаль.
Волшебница опешила. Она не могла поверить своим ушам.
– Что? Когда? Кто к этому причастен?
– Почти сразу после Вашего отъезда… Видимо, Канеус развоплотился сам, но Ваш муж думает иначе. Он упоминал Дариуса ан Боуэна – сына господина Ваталлоса ан Боуэна, военачальника Бертрона… – Фаметес снова вздохнул и продолжил. – Началось всё с того, что Сакмис – легат Пепельных Облаков покончила с собой и развоплотилась после того, как её и Гелиона отправили в изоляцию на остров Теней в Арэшурате. Ну, Вы знаете… Мы искали замену и нашли её в виде Дариуса – он считался пропавшим без вести, но он вернулся в Цитадель с головой Ариссы Ужаса. Это было подвигом, достойным Даэва, но во время церемонии что-то пошло не так, и Дариусу стало плохо. Ваш муж сказал, что он Переродился в балаура… Я до сих пор не верю, что такое возможно, как и все мудрецы Элизиума, с которыми я советовался после трагедии. Дариус поджёг Святилище и улетел в неизвестном направлении. Тогда-то и пропал Канеус. На следующий день господин Юклиас донёс весть о том, что и Дариус, и Канеус развоплощены.
Белатрисс словно язык проглотила. Эта новость вызвала у неё шок. Она пыталась подавить подступившие эмоции. Даэв не должен терять самообладания ни при каких обстоятельствах.
– Тогда во всём стоит винить балауров… – пробормотала она, уставившись куда-то вдаль. – Это им было выгодно нарушить перемирие между нами и асмодианами… Они и убили Видара, обратившись элийцами…
– Балауры способны на такое? – удивилась Невма.
– Все высшие балауры способны принимать иной облик… – быстро промолвила бессмертная, часто заморгав.
– Тогда кто может гарантировать то, что среди нас нет сейчас ящеров? – ухмыльнулась командующая, хотя это был, скорее, не смешок, а нота удивления.
– Никто…
В зале нависла пауза. Фаметес продолжал расхаживать туда-сюда, громко стуча сапогами по полу.
– После того, что случилось, господин Ваталлос сам не свой, – он первый нарушил тишину. – Он не является на советы, не отвечает на письма. Говорят, он целыми днями сидит в своём поместье и никого к себе не пускает.
– Это был его единственный сын… – немного придя в себя, кивнула Трисс. – Я его понимаю.
– Я опасаюсь того, что в Бертроне из-за этого начнутся беды. Если господин ан Боуэн не может больше руководить провинцией, пусть сообщит мне об этом, и я его сменю. Да, но это не всё… – Фаметес сделал паузу. – Гелион сбежал…
Женщины переглянулись.
– Кто-нибудь видел его после этого? – спросила бессмертная.
– Нет, – отрицательно замотал головой молодой военачальник. – Как в воду канул.
– Он любил Сакмис, – промолвила Невма. – Это все знали. Если она умерла, то Гелион сейчас в отчаянии. Он захочет…
– Отомстить… – закончил за неё Фаметес. – Я знаю.
– Вы усилили охрану?
– Усилил, – кивнул правитель. – Давно. Но дело не в этом. Нужно решить, что делать с асмодианинами.
– У нас же есть тот асмодианин… – запнулась командующая, вспоминая имя. – Териан Лекас. Он сможет убедить свою расу в том, что мы не виновны… – это звучало как вопрос. Глупый вопрос, конечно же, и все это понимали.
– Я уверена, что его уже схватили, как пособника, – сказала Трисс. – Он и так прослыл предателем Асмодеи, а теперь-то его слова вообще ничего не значат.
Фаметес согласился с волшебницей. Вновь пауза.
– Два места Даэвов пустуют, армия истощена, а у меня нет советника… Какое ненастье… – пробормотал военачальник.
– Если Вы пожелаете, я могу… – начала Белатрисс.
– Мне очень это приятно, но Ваше бремя – сражения, – перебил её юноша. – Вы будете нужнее там. Тем более за Вами место легата Пепельных Облаков… Мы посовещались и решили, что Вы, Белатрисс, достойны возглавлять этот отряд.
Девушка вежливо поклонилась в знак благодарности, но не произнесла ни слова.
– Ладно, ступайте… – Фаметес приложил ладонь ко лбу и устало вздохнул. – Мне нужно всё обдумать, и я за Вами пришлю.
Женщины кивнули и молча вышли из зала. Закрыв дверь снаружи, Невма бросила осторожный взгляд на бессмертную и, важно повернувшись спиной, пошагала прочь. Трисс тоже направилась к выходу из Храма. Около лестницы, облокотившись о подоконник, волшебницу ждал её товарищ, Бронн.
– Белатрисс! – он позвал её, и девушка невольно обернулась.
– Бронн? – удивилась она. – Что ты тут делаешь?
